Так долго было, потому что вызывали магических дознавателей. Всю душу из меня вынули, но я держался стойко и на одной позиции. Нет денег, близки к банкротству, родных детей на последние деньги выводим.
— И что решили? У нас опеку отнимают? — взволнованно спросила баронесса.
— Нет, я же сказал, что все нормально, — барон довольно улыбнулся. — И даже более того. Опеку не отнимают, зато заботу о выходе Эльрии в свет корона взяла на себя. Ну или иначе говоря, ее обеспечат гардеробом, и в случае, если Эльриа не покажется на каком-либо из крупных мероприятий, куда наша семья будет приглашена, я буду отчитываться за каждый случай.
Эльриа, завтра утром ты должна быть дома, придет модистка, чтобы снять мерки и обсудить желаемые фасоны платьев и их цвет.
У баронессы, Ансоны и у меня дружно раскрылись рты. Корона оплачивает дорогостоящий гардероб отверженной сироте, еще и практически иностранке? Ну-ну. Скорее я поверю в то, что некто все-таки навязал мне подарок по своему выбору.
— Мама, как же так? — Ансона обиженно надула губки, взгляд растерянно-несчастный.
Гардероб за счет королевской казны — это правда очень щедро, понятно, чему возмущена кузина. Баронесса Ольтон лишь недовольно поджала губы, но ничего не сказала. Смотрю на кузину и прямо-таки вижу, в каком направлении ворочаются мысли в ее голове. Ансоне все больше и больше кажется, что быть чьей-то фавориткой — роль весьма неплохая, во всяком случае, кавалер будет щедрее обычного, в то время как брак — это ведь так скучно.
Позже барон уточнил мне время прибытия модистки, и утро, видимо, в понимании опекуна, понятие весьма относительное.
Время было названо ближе к обеду. Успею сходить на рынок, продать цветы. Если никто из поклонников о себе не напомнит, то товара у меня как раз осталось на день-два. Хорошие были деньки, но пока с торговлей придется завязать, остатки, конечно, распродам, но пока все-таки придется вернуться к плану, что был ранее, и если дают такую возможность, найду себе мужа, а там семейное гнездышко, дети… Эх, в академию хочу.
Рано утром мы с Беллой как всегда отправились на площадь. На рынке мне нравится, тут кипит жизнь, бойкая, веселая, я подзаряжаюсь этой энергией и радостно зазываю покупателей к своему прилавку, торгуюсь, болтаю, порой кокетничаю и дразню, если подошел какой-нибудь скромный краснеющий юноша. Не обратила сначала внимания, когда мимо проехал всадник на черном коне, но когда он вернулся к моему прилавку, подняла взгляд на потенциального покупателя.
Замерла.
