А трактир — это слишком приземленно, там мужланы всякие грубую пищу жру… едят."
"— Но это же несерьезно, время обеда, если не ужина, пирожными не наешься, — возразил брюнет. — Но если шена оскорбится…
— Шена согласна на трактир! — Очень-очень согласна. У меня даже в глазах темнеет от мысли о золотой ароматной курочке.
На том и порешили. В трактир отправились все. Ольтон, судя по выражению его лица, никуда не хотел, но и с друзьями своими меня решил не оставлять. «Защитник».
На выходе из академии парни задержались, у них охрана чуть ли не три раза проверяла документы, в то время как меня чуть ли не пинками выгнали, проводив злобными взглядами.
Кажется, охрана получила от ректора на орехи, за то, что меня упустила, а ребят не пускают, из-за того что пришли в моей компании, такая маленькая месть.
Пока ждала своих будущих кормильцев, тоже поняла, что без мести противному злобному ректору нельзя. Немного отошла от поста охраны и магией нанесла на стену огромную сияющую красным магическую надпись: «Ректор — самодур».
С поста охраны надпись не видна, но всем, кто подходит к воротам академии, будет трудно не заметить. Чтобы надпись продержалась подольше, поставила возрастное ограничение на тех, кто может ее увидеть. Старшее поколение не увидит ничего, а вот подростки и те, кто студенческого возраста — очень даже. Я надеюсь, что молодежь не будет торопиться на ковер к начальству с докладом.
У парней, когда они подошли ко мне, дружно отвисли челюсти.
— Ого! Откуда это? Кто сделал?
— Не знаю, — пожала плечами.
— Когда подошла, уже было.
На лице Ольтона написано, что он мне ни на грамм не верит и знает, кто тут главный хулиган, остальные жадно, с восхищением и одобрением рассматривают огромную надпись.
— Шикарно! — наконец вынесли свое мнение молодые люди. — Только тот, кто это сделал — смертник. Ректор его из-под земли достанет. Как никак, сильнейший маг и по характеру просто зверь. Но мы будем помнить этого студента, как героя.
Хм… Да что он мне сделает? Самое страшное — не позволить даже попробовать поступить в академию — уже сделал.
Хулиганство мелкое, за это в тюрьму не сажают и кровными врагами не становятся, и вообще, пусть сначала докажет, что это я. Наверняка далеко не у меня одной к ректору претензии.
Глава 6
В трактире публика и впрямь преимущественно мужская, за исключением официанток. Меня это ни капли не смущает, я такая голодная, что сейчас даже на тонущем корабле не сама спасения искала, а спасала и поедала бы припасы.
