Далеко не все звери подходят для такого заклинания из-за особенностей восприятия. Птиц, к примеру, использовать нельзя. Но про особенности заклинания потом. Рядом с точкой твоей ауры мне удалось найти в лесу бродячую собаку, которую и направил к тебе. Твое общение с собакой оказалось настолько милым, что я остыл и решил не преследовать, только довел до дома и немного “уговорил” собаку присматривать за тобой и провожать, потому что молодым девушкам нечего делать одним на пустынных дорогах. Собака была совершенно не против, ты ей понравилась.
По спине вновь бегут мурашки. Это какие же у герцога возможности слежки. По ауре, через глаза животных. Как часто Альдан наблюдал за мной через Беллу? Белла часто вела себя весьма осознанно, я списывала это на ее сообразительность.
— А… и часто ты так следил?
Герцог улыбнулся, но на этот вопрос не ответил.
Вспомнилось вдруг, как Белла неожиданно прибежала ко мне, когда я стояла на веранде, скованная наручниками, которые надел на меня кузен. Как с готовностью всегда подолгу лежала со мной, когда я болела, словно утешала.
Да или нет? Альдан вряд ли скажет.
— Угу, то есть, ты женился на мне, потому что я хорошо обращалась с собакой?
Супруг хмыкнул.
— Потому что я самым эгоистичным образом не захотел отдавать тебя в любовницы Тенеру. Я решил, что обойдется. По сути выкрал, выцарапав и у твоих меркантильных родственников и из загребущих лап принца. Просто потому что ты моя. И все. Ну и, полагаю, Фернана и Идэра своим выбором весьма порадовал.
В полной тишине допиваю свой давно остывший чай.
Все еще размахиваю ногой, то ли весело, то ли нервно, чувствуя, как то место, на котором я сижу, странным образом постепенно затвердевает и приподнимается.
Думаю. Вспоминаю.
Хмыкнула.
— Что такое? — тут же живо интересуется герцог.
— Королевская модистка считает, что ты женился на мне из-за ее платья.
— Это которое?
— А помнишь, красное такое. Для маскарада.
Альдан молчит, глядя на меня с вопросом. Сколько уж сменилось нарядов у меня. Надо уточнить.
— Просвечивающееся, если стоять на прямом свету.
— Ах, это, — супруг подарил мне суровый взгляд, в котором теперь я четко вижу мелькающую там ревность. — Оно тоже сыграло свою роль.
Нечто подо мной затвердело еще больше. Рука герцога вдруг решила, что бедра ей мало, и двинулась вверх к талии, затем погладила живот, еще выше — к груди.
Непроизвольно выгнулась, и, забыв о разговорах, наслаждаюсь лаской.
Откинула голову назад, и тут же шею обжег горячий поцелуй.
