Если бы я дала себе труд предположить, то наверняка пришла бы к выводу, что у них тоже должны быть стандартные обличья. Ну, что-то вроде “смерть с косой”, “мрачная тень”, “говорящий скелет”, “человек в чёрном” и тому подобное.
Но, то ли этот конкретный дух была не при исполнении, то ли у них нет корпоративного дресс-кода, но выглядела моя новая собеседница очень обыденно: привлекательная темноволосая женщина неопределённого возраста, облачённая в белый сарафан и серебристые балетки, с огромным стаканом в руках.
Пожалуй, природу её выдавали только глаза: она смотрела без любопытства и без тепла, спокойно и… Даже не то чтобы равнодушно, но под этим взглядом тут же возникало ощущение, что она прямо сейчас видит все движения моей сущности, как на ладони.
Что, возможно, не было такой уж неправдой.
— А, — сказала она задумчиво, — вон оно что… А я всё думала, почему это мне вдруг местного “коктейля вдохновения” захотелось, как перед жизнью. Бадяга же жуткая! Но ладно, теперь всё ясно.
.. Ну здравствуй, что ли. Сейчас допью — и пойдём.
Честно говоря, это были самые стремительные переговоры в моей жизни. Возможно, именно поэтому я категорически не нашлась, что бы такого сказать.
— Ты… знаешь, кто я? — не особенно умный вопрос, но я действительно очень хотела знать ответ.
Жительница последнего отражения посмотрела на меня так, как будто весьма сомневалась в моём интеллекте.
— Знаю, разумеется. Ещё получше, пожалуй, чем ты сама.
На кого другого я бы за такое высказывание даже обиделась.
Обижаться, глядя в эти бездонные глаза, не получалось.
— Мы… встречались раньше?
— О да.
Весьма… многословно.
Но ладно.
— Ты знаешь, зачем я здесь?
— Да, разумеется.
Уже получше.
— И ты отведёшь меня в последнее отражение.
— Да. Я отведу тебя туда, куда тебе нужно прийти.
— Вот и хорошо.
Больше я ничего говорить не стала, просто пристроившись рядом со своей новой (старой?) знакомой, наблюдая за Броуновским движением демонического города. Тишина, что повисла между нами, на удивление казалась не напряжённой, а скорее даже уютной.
С ней оказалось на удивление приятно молчать.
— Ну всё, — сказала она, прикончив своё питьё, — пойдём.
И я пошла.
Состояние было странным, спокойным и отстранённым, как будто весь окружающий мир оказался за толстенным стеклом. Рядом с идущим рядом существом было спокойно и легко… так спокойно легко, как, наверное, не бывает живым.
Но я с самого начала знала, на что иду.
