Когда начнёте управлять своим рейтом. Какие-то деньги у вас появятся уже этой осенью.
— Я… возможно, я…
— Всё хорошо, кир Васса. У нас вполне есть шанс разъехаться без обиды.
Выбрав из шести крестьянок одну, постарше и помолчаливее, я отвела её в сторону.
— Как зовут тебя?
— Хина, благородная кир.
— Шуша, иди сюда… Хина, здесь нужно вымыть все стены, окна, полы. Обмести пауков. Протопить печи и камины. Обязательно проветрить погреб. Ваша хозяйка, кир Васса, скоро переедет сюда жить. Поэтому – наводите порядок. Завтра мы вернёмся и, если всё будет сделано на совесть, я заплачу по медной монете каждой.
И две – тебе. Но с тебя и спрошу за всё. Шуша и кто постарше из мальчишек – пусть воду носят. Не целое ведро, по половинке. Надрываться не нужно, но небольшое полено способен любой из них принести. Понятно?
— Всё понятно, благородная кир… Всё исполним, не сомневайтесь…
Шуша получил свою монету и пообещал организовать помощь. Я же, в свою очередь, объяснила всем, что те детишки, которые будут помогать мамам и сёстрам, завтра получат сладкий пирог.
С тем мы и уехали домой.
После обеда я рекомендовала Вассе прикинуть, что из мебели войдёт в новую спальню. Комната была существенно меньше, чем её спальня здесь.
— Кир Стефания, а вы не станете возражать, если я заберу всю мебель из спальни? Что не поместится – я поставлю в зал. Он же большой и совсем пустой.
— Кир Васса, возражать-то я не стану. Только мне кир Лисса запретила принимать гостей. Так что ближайшие пару-тройку лет мне мебель в гостиной и вовсе не понадобится.
Я планирую полностью вывезти её к вам. Ваш новый зал почти такого же размера, как и этот. Так что всё прекрасно влезет.
Васса явно растерялась.
— Стефания… Э-э-э… Кир Стефания… Но люди начнут говорить всякое…"
"— Кир Васса, клянусь, у меня вовсе нет желания обвинить вас потом в краже. Вы можете вызвать любого свидетеля и мы подпишем соглашение. Вовсе не обязательно всем знать, что я это вам дарю. Например, вполне можно заявить, что это последняя воля папеньки. Устно выраженная мне лично.
И я её исполняю в память об отце!
— Но ведь не было никакого распоряжения!
— А кто это знает? Если маленькая невинная ложь поможет нам избежать всяческих глупых пересудов, почему бы и не соврать?
Не могла я объяснить Вассе, что мне не нравится меблировка зала – меня бы сочли сумасшедшей и расточительной. А мне этот гламур сельский на нервы действовал. Тем более, что Васса устраивала там всё на свой вкус. Вот и пусть радуется этому богатству.
