— Кирус лерго, вам знакома моя история?
— Да, кир Стефания. Довольно неприятная, надо сказать. Вам повезло, что кир Лисса оказалась столь умна и расторопна.
— Я, конечно, могу ошибаться, кирус Лерго, но мне кажется, что в провинциальных городах на такие нарушения закона смотрят сквозь пальцы.
— Нарушения закона, юная кир, есть везде! Именно для этого и существует служба архауса.
— Я говорю не о нарушении законов людьми, кирус Лерго. Сомневаюсь, что помощник архауса кирус Токсо принял бы во внимание мои слова о нежелательности брака.
Кирус помолчал, побарабанил пальцами по тяжёлой кожаной папке, с которой так и не расстался, и спросил:
— Вы обвиняете кируса Токсо, юная кир?
— У меня нет доказательств, кирус Лерго, но он родственник кир Пунты.
— У меня тоже нет доказательств того, что кирус Токсо задумал нарушить закон. Так к чему этот разговор, кир Стефания?!
— К тому, кирус Лерго, что, возможно, вам стоило бы проверить на месте предыдущие действия кируса Токсо. Я, конечно, не смею давать вам советы…
Кир Лисса уже изо всех сил жала мне руку, прикрытую широкой юбкой.
И я решила замолчать. Пусть сам разбирается. Если захочет, конечно.
Потом кирус Лерго некоторое время обсуждал с кир Лиссой виды на урожай этого года. Как оказалось, его отец – тоже не слишком богатый кирус, имеющий рейт на сорок четыре дома, но в местах, где климат хуже, чем здесь, в приморье…"
"Они поговорили о козах, которых, безусловно, лучше покупать из Северных земель – шерсть тоньше и гуще, об изобилии фруктов здесь и на островной части архитионии, о торговле и налогах…
Потом все немного подремали…
Я уже решила, что мои слова остались далеко позади, как и часть нашего совместного пути.
Но перед тем, как помочь мне пересесть в нашу коляску, кирус Лерго сказал:
— Я обдумаю ваши слова о необходимости проверки, кир Стефания. Согласен с вами, история с вашим предполагаемым браком очень дурно пахнет.
Дома мы были ближе к вечеру. За последний час дороги, где пришлось сидеть в коляске боком и, частично, в скрюченной позе, я успела изрядно устать.
Часть вещей разгрузили во дворе, часть кир Лисса обещала разделить, а позже прислать мою половину. Я оставила Кану и крестьянина, которого она притащила из ближайшего дома на помощь, раскладывать вещи. Чай был уже готов, а тёплая вода для мытья не успела остыть.
Мне было приятно, что, ожидая моего приезда, Кана обо всём позаботилась. Надо спросить у неё, останется ли она здесь или решит следовать за кузиной.
