Репутация у клуба серьезная, работа идет в плюс даже в несезон, и Глеб должен сохранить этот уровень, а еще лучше, превысить его. И рентабельность клуба Глеба волновала, и отношения с местным криминалом беспокоили. Протас встречался с дочерью самого Роберта, с которой он, как оказалось, учился в одной школе, заручился ее содействием. Глядишь, и решится проблема…
Народу в клубе вчера было немного — повара на износ не работали, официантки с ног не сбивались, танцовщицы к шестам не выходили. Стриптиз сейчас только по субботам и то не всегда.
Клуб вчера работал в спокойном режиме, без суеты, и ничто не мешало Глебу разговаривать с людьми прямо на их рабочем месте. Он уже вчера многое узнал.
Спать он лег в половине пятого, а проснулся в одиннадцать. Сейчас уже полдень, но для клуба это раннее утро. Кухня закрыта, персонал отдыхает, двери на замке — под присмотром охранника. И еще Петыгин здесь для усиления. Саватеев скоро должен подъехать, сменить его…
Глеб уже на ногах, и Аллочка в работе.
А вчера ее не было, причем никто не мог сказать, где она.
Девушка поставила на стол блюдо с чем-то аппетитным. При этом она грациозно полуприсела, демонстрируя крутизну округлостей под юбкой. Булочки появились на столе, сыр, масло, йогурт, большая фарфоровая кружка с какао.
— Я тут похозяйничала на кухне, — воркующим голосом сообщила она. — Омлет с сыром и ветчиной…
— Ты просто чудо! — Глеб поднялся, подошел к ней.
Она выпрямила спину как та кошка в ожидании ласки, на губах заиграла блудливая улыбка, но взгляд при этом не заискрился.
— Может, позавтракаешь со мной? — Он взглядом показал на стол.
— Как скажете… — кокетливо улыбнулась она.
Аллочка ушла и через минуту вернулась с подносом. Сыр, йогурт, какао — и больше ничего. Или она уже позавтракала, или у нее диета.
Глеб вырос в деревне, есть с ножа и вилки его там не научили. И в армии такие премудрости в список обязательных дисциплин не входили, о приисках и говорить нечего, но в грязь лицом он не ударил.
И салфетку на колени постелил, и нож взял в правую руку, и кусочек с вилки отправил в рот, не опуская головы. Хотя при этом он очень напрягался и даже пожалел о том, что не позволил Аллочке уйти.
— Вкусный омлет, — стараясь держаться раскованно, похвалил он.
— Старалась! — мило улыбнулась девушка.
— Вчера тебя не было, — как бы невзначай заметил он.
— Так это, у меня отгул был. Рудольф Автандилович разрешил.
