Это правда? Смотри! – она указала на опухший глаз: – Это Тёмная госпожа наколдовала… Даже знахарь не взялся меня исцелить! Трус… Но не могу же я, благородная госпожа, ходить кривой? Милости волшебника…
Алиса присела на корточки и осторожно прикоснулась к заплывшему глазу. Ощутив укол совести, смущённо проговорила:
– Музыка тут не помощник. Чаем попробуйте промыть… и на ночь примочку сделайте.
– А что это? – с надеждой спросила дама, глядя на Алису так подобострастно, что та поёжилась: – У тебя с собой эти зелья, великий волшебник?
– Нет, – разочаровала её Алиса и поднялась: – Где тут кухня? Может, найду что-то похожее.
Женщина подскочила и потянула её за собой, Алиса, сопровождаемая настороженными стражниками, послушно потопала за пострадавшей. На кухне она восторженно цапнула ароматную булочку и, жуя, приказала удивлённым поварятам:
– Тащите чай!
– Что господину надо? – удивился юноша.
Из подсобки показался дородный повар и, отодвинув поварёнка, пробасил:
– «Тащитечай» нет в меню, господин!
Алиса сдержанно скрипнула зубами и спросила как можно нежнее:
– А чай? Чай! Есть у вас чай? Листья такие, чайные, их сушат, потом заваривают, а отвар пьют!
Толстяк важно кивнул и махнул рукой, указывая на ряд керамических бочонков:
– Здесь травы для напитков!
Алиса двинулась к баночкам, приподнимая крышечку за крышечкой, нюхала содержимое, пока не нашла нечто похожее на запах чая.
Во всяком случае, танин в сушёной травке присутствовал, а именно он и нужен воспалённой слизистой.
Цапнула горшочек и приказала:
– Кипяток!
Её тут же подвели к огромной кастрюле с кипящей водой: такое ощущение, что они тут собирались сварить собственного повара… целиком! Алиса подхватила какой-то ковшик и зачерпнула немного воды, кинула туда щепоть тёмной травы и поболтала, наблюдая за тем, как постепенно вода окрашивается в насыщенно-коричневый цвет. Любопытные поварята столпились вокруг, толстый повар, заметив в дверях Ронни, стушевался под его цепким взглядом и исчез с кухни.
Старик поднял руку, и стражники опустили копья. Алиса перелила отвар в тарелочку и подула на кипяток, остужая. Когда отвар стал тёплым, протянула посуду тётке с опухшим лицом:
– Опустите лицо и постарайтесь поморгать пострадавшим глазом в воде.
Та растерянно взяла тарелку, покосилась на галдящих поварят и, помявшись, всё же опустила лицо так, чтобы глаз погрузился в отвар.
