Слишком крупный масштаб. Различаю только россыпь мелких зелёных точек и один ярко-изумрудный шар в самом центре карты. Показываю на него.
— Это главный «контроллёр»?
Робот отрывает взгляд от карты.
— Да, это «управляющий» сектором. Единственный оставшийся канал связи с ним, прямо в здании службы «Последнего часа». Вернее, под ним.
Угу. Ещё раз изучаю проекцию.
— Можешь показать седьмой округ?
Приближает карту, демонстрируя только её кусок. Сразу бросается в глаза, что постройки, которые на ней отображаются, абсолютно не совпадают с реальной застройкой округа.
Приходится разбираться при помощи собственного интерфейса и новых бойцов, которые знакомы с городом.
Скоро становится понятно, что две точки, это клиники ГЛОМС. Которые нам пока всё равно недоступны ввиду плотного кольца охраны. Ещё одна прямо на месте полицейского управления. Тоже не вариант — как ни крути, через ряды «стражей порядка» мы не прорвёмся.
Плюс, два «биокомпьютера», доступ к которым должен осуществляться из небоскрёбов корпораций, расположенных в округе.
Опять же, сложно предположить, что там нас примут с распростёртыми объятиями.
Больше ничего полезного извлечь из карты не получается. По крайней мере, если говорить об этом округе.
— Что с остальными роботами? Вирус ещё на кого-то подействовал?
Перед тем, как ответить, робот пару секунд раздумывает.
— Скорее всего да. Учитывая моих коллег, по их поведению сложно что-то понять. Никто не хочет вызывать подозрений Центра.
Немного помолчав, добавляет.
— Если там поймут, что кто-то вышел из строя, то сразу же отправят команду зачистки. Плюс, отключат от всех каналов связи.
На этом моменте, уточняю.
— От каких именно?
Робот поворачивает голову ко мне.
— Полицейские базы данных и их переговоры, каналы общения военных. Прямого доступа к корпоратам у меня нет, но имеется возможность сделать запрос.
Кивнув, размышляю. Новый союзник кажется крайне ценным. Полный доступ к переговорам силовиков, данные о прошлом сектора, в конце концов моя личная информация.
Не говоря уже о том, что в бою он тоже должен быть эффективен.
Одна проблема — пока я не могу предположить, как всё это использовать. С момента штурма тюрьмы, мы непрерывно бежали. Был только короткий промежуток на отдых, на котором не вышло подумать из-за отката боевой химии. Теперь такая возможность есть. Но в голову ничего не лезет. А план нам жизненно необходим. Рано или поздно сюда явится смена якудза.
