— Ковбоев обнаружили. Канал связи тоже могут в любой момент засветить. Избавляемся от гарнитур и передатчиков.
Спустя несколько мгновений, наши устройства связи уже валяются на земле. А сбоку слышится ехидный голос Хэчиро.
— Вот так всегда. Разрабатываешь хороший план, выполняешь свою часть, как надо, но всё портит слабое звено.
Скашиваю на него глаза. Не сказал бы, что ковбои оказались слабыми. Для группы парней из гетто, они и так сделали на порядок больше, чем от них ожидалось. Да, без физического доступа к внутренней сети тюрьмы, нанести настолько глобальный удар не вышло.
Но это не умаляет их эффективности. К тому же, группа Кайши потеряла ещё пять человек. Тогда как мы вышли живыми, хотя и изрядно потрёпанными.
— Ты в курсе, что твоим лицом сейчас только детей пугать? Даже самые крепкие завизжат от страха.
Бывший якудза улыбаясь, рассматривает меня, а в его сторону неожиданно скользит Уна. Очутившись рядом, тихо шепчет.
— Люблю, когда мужик не против поработать языком. А у тебя, это похоже главная часть тела.
Знаешь, я вот думаю — зачем тебе руки и ноги? Можно их аккуратно отрезать. Оставить только самое важное.
Тот медленно выпрямляется, вжимаясь спиной в стену. И довольно скалится.
— А мне уже начинает нравиться ваша команда. Тут все такие же? Или она чем-то выделяется?
Не успеваю открыть рот, как Уна уже выпаливает.
— Я знаю, как резать тебя на куски целый месяц. Так, чтобы не отдал концы от боли. В моей голове десятки способов убийства голыми руками, из текущей позиции.
А ещё мне очень не нравится, когда кто-то пялится на мою грудь. Советую прекратить, пока не лишился глаз.
Поворачиваюсь в их сторону. Корсет девушки пострадал в ходе схватки с неизвестным. Грудь практически полностью выставлена наружу. Правда ещё она щедро забрызгана кровью, но Хэчиро это видимо не смущает. Лишь улыбается, разводя руками.
— Ничего не могу с собой поделать. К тому же, кто тогда поведёт вас в убежище? Без меня, вам придётся мотаться по всему округу. Скорее всего, в какой-то момент сдохнув.
Не нужен шанс на спасение?
Стремительное движение клинка, который девушка продолжает держать в правой руке, и на землю летит кусочек уха экс-якудза. А сталь застывает около его шеи. Сузившая глаза Уна, тихо шипит.
— Это не было шуткой. В следующий раз я лишу тебя чего-то более важного, чем нескольких бесполезных грамм плоти.
Вот теперь, блондина наконец немного пронимает. А я решаю, что пришла пора вмешаться.
— Уна. Я предупреждал.
