Высокие заборы прятали от любопытных глаз отдых разведчиков, вернувшихся в отпуск на родину, загадочных чужестранцев вроде папаши руководителя тайной полиции Восточной Германии, товарища Вульфа или журналиста Виктора Луи, который появлялся на всех дипломатических приемах, хотя злые языки утверждали, что его никто туда не приглашал. Но о подобных вещах ведали только избранные, свою известность поселок приобрел все же благодаря писателям.
Наверное, благодаря авторитету живых и памяти о мертвых, Переделкино административно не отошло к Москве и осталось в Одинцовском районе Московской области.
Поэтому сигнал о трупе мужчины, обнаруженном сторожем одной из дач, поступил не в Солнцево, что в километре за железной дорогой, а в Одинцовский районный отдел МВД за двадцать с лишним километров. Группа в составе следователя Митяева, медэксперта Злотникова, экспертов Соколова, Якунчикова и кинолога Куре-бяченко прибыла на место через тридцать семь минут – прямо-таки рекорд для областной московской ментовки.
Снежок в овражке, где лежал труп обнаженного мужчины, немного подтаял, но не до конца.
Сыскная овчарка Рекс резко потянула в сторону проселка, добежала до высокого забора, с интересом обнюхала узкий лаз под досками и принялась брехать на соседнюю с охраняемой Тихоном Глуховым дачу. Сыскники бросились туда и обнаружили четкие оттиски собачьих лап. Их спецы заметили и рядом с телом. Впрочем, к преступнику бросок Рекса отношения не имел, это был сугубо кобелиный интерес к голосистой темно-рыжей красавице Берте.
Осмотрев волосатое тело усопшего, следователь Митяев и криминалист Соколов сделали логичный вывод, что труп лежал тут еще до снегопада. Специалистов удивило отсутствие хоть каких-нибудь примет, объясняющих его появление в этом месте. Недавно наследил своими сапожищами Тихон Глухов. Автор скорбной находки уже дал показания и топтался возле калитки дачи, демонстрируя те самые сапоги, что оставили свежие следы. Они заканчивались в двух метрах от тела, подтверждая рассказ сторожа.
Следователь Митяев предположил, что тело привезли на машине и сбросили с тянувшегося рядом с овражком проселка. Следов автомобильных протекторов на глине имелось множество. Но долгий дождь, а потом тающий снежок мешали определить время их появления – глина окончательно раскисла и поплыла. Пока эксперты трудились в овражке, следователь решил опросить владельцев близлежащих дач. По словам Глухова, соседские дачники в октябре жили в городе и наезжали только по выходным.
