Руфина одна может не пережить трагедию, – ответил Евгений Леонидович, но визитку взял.
Покинув больницу, Волков вернулся в Управление и, не заходя к себе, заглянул к шефу. Ерожин беседовал с молодой полной женщиной, но, увидев Волкова, вышел в коридор.
– Что ты намерен делать? – спросил подполковник, выслушав отчет о встрече с Вольновичем-старшим.
– Надо срочно установить, кто давал телеграмму.
– Согласен. Двигай в Питер и разберись на месте.
Через час Тимофей оформил командировку и, не заезжая домой, помчался на вокзал.
Щеглов включил сирену, и майор успел на скоростной поезд. В десять вечера он уже шагал по Невскому. Отметив командировку в дежурной части питерского управления, москвич отправился на телеграф.
Начальник ночной смены, пожилая дама в очках, ветеран, как догадался Тимофей, русской связной службы, выслушала майора, внимательно изучила его удостоверение и, взяв бланк телеграммы, вышла. В узком кабинетике пахло газетами и сургучом. Волков пристроился в неудобном кресле и терпеливо ждал. В Питере все было, словно из детства.
И этот кабинетик тоже был из детства. Маленький Волков часто захаживал к маме на службу. Мать Тимофея работала в детской комнате милиции, и ее комнатка в семидесятые годы напоминала кабинет начальницы ночной смены питерского телеграфа. Северная столица будто не заметила смены режима, новой западной моды на интерьеры офисов. Даже на лица – обитательница кабинета походила на героиню советского послевоенного кино. Волков улыбнулся своим мыслям.
– Вам везет, – вернула его в реальный мир начальница ночной смены.
Она привела сутулого парня с длинными руками и в очках-линзах.
– Наш телеграфист Тенишев Юрий Германович, – представила она молодого человека: – Телеграмму принимал он. Расскажите, Юра, следователю из Москвы, кто сдавал данный текст.
– Эту телеграмму я принял утром, только начав смену. Сдавала ее женщина лет сорока пяти. Я ее запомнил, потому что три раза переспросил, не забыла ли она про подпись. Клиентка даже стала нервничать. Она закричала на меня.
– Юра, вы узнаете эту женщину, если вам ее показать? – улыбнулся майор."
"Телеграфист тоже походил на выходца из другого времени. Волков видел перед собой героя повести Куприна «Гранатовый браслет». Такой способен из-за любви повеситься.
– Уверен, что узнаю, – твердо заверил Юрий Германович.
Майор поблагодарил и, взяв домашние координаты молодого телеграфиста, покинул здание. Переночевав в ведомственной гостинице, командированный в восемь утра вышел в город.
