Но не добежали ста метров, как объявилась новая партия «смертников». Похоже, эсэсовцы разделились, и каждая группа пробивалась своим маршрутом. Защитные комбинезоны мелькали среди скал. Они объявились сбоку, свалились как снег на голову. Елизавета Юрьевна, застонав, привалилась к камню. Захлебывался в своем «наморднике» пленный абверовец, таращил глаза.
– Уходите! – крикнул откуда-то сверху Резник. – Я прикрою! Их семеро! Давайте резче, майор, пока не стало больше!
– Валите отсюда… – забормотал Романов, путая русские и английские слова.
– Энди, Генка, хватайте полковника и следите за княгиней, чтобы с ней ничего не случилось. За обоих головой отвечаете, поняли? Мы догоним.
– Павел, постой, – растерялся Генка. – Как мы без тебя? Тебя убьют, а нам этот тип на хрена? Что мы с ним делать будем?"
"– Истомин знает позывные, в центре скажут, что делать… Да не трясись, Генка, догоним! Бегите, прощаться не будем.
Елизавета Юрьевна попятилась, не отрывая от майора глаз. Бормотал на своем родном «королевском» Энди, хватая полковника поперек туловища.
Майор не смотрел, как товарищи уходили, – уж не маленькие, найдут дорогу.
Он залез на камни, сбив колени, и вставил в автомат рожок, мысленно отметив, что остался еще один.
Наверху тарахтел автомат – опальный товарищ Резник сдерживал напор неприятеля. Враги подползали, прятались за камнями. Мелькали серые, нечеловеческие лица, сведенные судорогой.
Резник перестал стрелять – кончились патроны. Одного он все-таки зацепил – раненое туловище извивалось на камнях.
Чертыхаясь, он сполз на грунт и стал менять магазин. Воспользовавшись моментом, поднялись в полный рост трое. Павел оказался слева, практически на фланге, повалил всю компанию одной очередью. Остальные возмущенно загалдели. Из-за камня высунулось искаженное лицо.
– Павел Сергеевич? Какими судьбами? Я же вам сказал уходить…
– Вместе уйдем, Андрей Борисович, – Павел сдавленно хохотнул. – Вы же не возражаете, если я вас временно буду называть настоящим именем?
– Да как угодно, майор.
Эсэсовцы были настырные, не отступали.
Павел подбирался все ближе к Резнику. Тот, похоже, защемил ногу, и ему требовалась помощь, но он ухитрялся отстреливаться. Поднялся солдат, желая перебежать, – короткая очередь сбила его с ног, и при падении эсэсовец разбил затылок. Резник мстительно засмеялся. Процесс отмщения за жену и дочь шел своим чередом.
Павел подполз к нему.
– Что у вас с ногой, Андрей Борисович? Давайте помогу.
– Да все в порядке, зажало между плитами.
