Мы будем отцами, за спинами которых ты сможешь спрятаться от любой беды! — его горячие слезы текли на мое лицо и таким образом согревали мое сердце, разгоняя тот жуткий холод, что сейчас там поселился.
И сквозь весь этот беспорядок и кошмар я почувствовала еще одни руки на своем лице. Эти руки я знала очень хорошо, и роднее их не было ничего в моей жизни.
— Дедушка! — именно эти руки были всем для меня, все 36 лет моей жизни они поддерживали и помогали мне.
— Моя милая лошадка, пришло время, когда мы должны с тобой попрощаться навсегда.
Ты больше никогда не сможешь меня увидеть или услышать, но я всегда буду в твоем сердце и никакой ритуал не сможет меня оттуда убрать. Но ты должна согласиться и принять род, в котором тебя будут любить не меньше, а возможно и больше, чем в нашем. Именно там ты будешь на своем месте, там тебя ждут очень и очень долго. Не переживай, что ты никого не знаешь — эти мужчины будут отцами, которыми не смогли стать мы с твоим отцом, сколько бы не старались, ведь ты всегда была другой и сильно отличалась от всех нас.
Поэтому не сожалей и не губи себя воспоминаниями, держась за нас, мы готовы тебя отпустить в мир, которому ты нужна! Не суди меня за мои слова, я это говорю только потому, что люблю тебя, ты самое лучшее, что было в моей жизни после того как умерла моя жена! Поэтому я настаиваю и отпускаю тебя из нашего рода, будь счастлива, моя любимая сибирская лошадка! — потом я почувствовала, как меня поцеловали в лоб в последний раз, и его руки растворились, теперь я чувствовала только крепкие объятия дракона.
— Я согласна стать твоей дочерью и войти в твой род, но помни, что ты обещал! — как бы мне не было больно, но теперь моя жизнь тут и этого не изменить, теперь даже рода, к которому я принадлежала раньше, больше нет, как и меня там.
Когда я это говорила, то думала что сейчас все закончиться, но сильно ошиблась, все только начиналось.
— Прости, девочка, сейчас тебе, к сожалению, будет больно, но это все пройдёт и никаких следов не останется! — после его слов через несколько секунд в мой рот капнула несколько капель жидкости с металлическим привкусом, и это была кровь дракона.
Голос Аразара стал громче, и он произносил слова, даже напевая их местами, мне мало что было понятно из-за боли, которая была в моем теле. По нему разливался огонь, который заставлял мою кровь закипать, и голову разрывало от боли и шума, который в ней стоял.
