Их мир казался ему настоящей симфонией, где каждая нота — это возможность, а каждая мелодия — это путь к самовыражению. Он больше не боялся ошибиться, потому что понимал, что ошибки — это лишь краски, которые добавляют глубину его картине.
Внутри него разгорался огонь вдохновения. Он начинал черпать силы из источников, о которых раньше не подозревал. Общение с природой, музыка, искусство — все они стали его спутниками в этом путешествии. Находя гармонию в хаосе, он осознал, что именно во взаимодействии с внешним миром эта новая энергия начала обретать форму.
Теперь каждый день — это шанс создать нечто уникальное. Он почувствовал, что его мечты больше не были чем-то эфемерным, а превращались в осязаемую реальность. У него были план, страсть и невероятное желание изменить свой мир. И, самое главное, он знал, что теперь ничто не сможет его остановить.
Глава 62"
"Алекс переместил нас сразу в спальню, и, так и не снимая меня с плеча, занес в ванную комнату. Что он делал — не знаю, так как меня полностью поглотили негативные эмоции.
Из-за огромного количества слез я совершенно не видела, что происходит вокруг, в моих глаза стояла картинка, как мучается Ирай. Это заставляло мое сердце так сильно сжиматься, что я думала — еще пару ударов, и оно не сможет разжаться, так и останется. Я услышала, как зашумела вода, как раздались шаги, которые приближались.
— Ты что собрался делать! — крикнул Лисьэн.
— В чувство ее привести, пока она себе и всем нам не навредила! — заорал в ответ Алекс, и я почувствовала чьи-то руки, которые стали стаскивать с меня балахон, но мне было абсолютно все равно, что они делают.
— Ты собираешься засунуть ее в холодную воду? Так нельзя! ты что, обезумел? ей сейчас нужна любовь и забота! Я не дам тебе так над ней издеваться! — не успокаивался Лисьэн, и я почувствовала еще одни руки, которые попытались меня потащить в другую сторону.
— Это и есть любовь и забота. А не твои розовые сопли. Не хочешь помогать — уйди и не мешай! — прозвучало это таким жутким голосом.
Меня ненадолго отпустили на пол, послышались шаги, и даже звуки драки.
— Я заберу его! — услышала я голос папы-жнеца и после этого почувствовала, как меня подняли на руки.
И следующее, что я ощутила — это жуткий холод, который окутывал мое тело со всех сторон. Меня погрузили в холодную воду с головой, вот только мне было все равно, холод мне сейчас был безразличен, моя истерика и не думала прекращаться.
