У входа за стойкой стоял андроид, который спросил, по какому мы вопросу, и принял какой-то бланк у всех отцов. Потом несколько минут молчал, видимо обрабатывая полученную информацию, и после сказал, на какой этаж нам подняться. С каждым шагом в сторону лифтов отцы становились все более отстраненными, и было похоже, что они идут на казнь, только непонятно почему. Задавать вопросы я не стала, это можно будет и после уточнить. Двери лифта открывались не в стороны, как у нас, а вверх. Мы зашли в большую стеклянную комнатку, дверь опустилась, отцы взяли меня зачем-то под руки.
Дальше я успела только моргнуть, и мы уже оказались высоко в небе, и двери вновь открылись.
— Это как так быстро? — подняться более ста этажей вверх за одно моргание глаз — это уже шок.
— Ничего особенного, просто хорошая работа достижений инженеров и магии вместе, — ответил Ларак, только в его глазах сейчас был лед, и желание задавать дальнейшие вопросы закончилось.
Из лифта мы вышли в огромный приемный зал с дорогой обстановкой. Тут были высокие колонны, стены расписаны и украшены явно золотом.
И после этого они говорят, что этот металл тут редкость. Этот большой зал был мебелью разделен на зоны. В некоторых мебель была дорогой, это было видно и невооруженным взглядом, она была около огромных дверей. А вот диванчики и кресла у лифта были попроще и не так удобны, сразу понятно, тут кому где предложат посидеть — таким образом указывают на его место. От этого теперь и у меня настроение упало, и даже любопытство осматриваться сошло на нет.
Наоборот, хотелось уткнуться в пол и ничего не видеть, особенно эту социальную разницу, которую тут подчеркивали. К нам практически бежал молодой, очень красивый эльф, вот только мне не хотелось любоваться его красотой, было в ней что-то неестественное. А когда он стал раскланиваться и задавать вопросы, пытаясь рассмотреть меня, вообще стало мерзко, аж холодок пробежал по спине. Надо будет об этом спросить у Вилейна, что это было. Но я почему-то уверенна, что такая реакция у меня на неприкрытую лесть и враньё.
Заметив наконец-то, что настроение отцов все хуже и, особенно, когда они стеной загородили меня, эльф побежал сообщать о нашем прибытии в те огромные двери. Буквально через секунду он вылетел оттуда и склонился, прося нас пройти. Мне все это не нравилось с каждой минутой все больше, и поэтому вопрос, который был в начале «Почему отцы стали хмурыми и серьезными?» пропал сам собой.
В кабинете за огромным столом сидел статный мужчина.
