Болотов погладил себя по животу, уселся поудобнее и начал издалека.
— Ты помнишь, мы тебе пару лет назад продали три завода по хорошей цене?
— Как не помнить, если они теперь основную часть моего капитала составляют? Помню, само собой, — маркиз прищурился и склонил голову набок. — Так я каждую копеечку заплатил, вы ведь это тоже помните, я надеюсь?
— Что ты, Гаврила Осипович, я ведь не затем приехал, чтобы претензии тебе какие-то предъявлять. С нашей стороны к тебе вопросов никаких нет, здесь в другом дело, — Болотов взял кувшин с прохладным щербетом, налил себе стакан и в несколько глотков осушил его.
— Кому заводы раньше принадлежали, тоже помнишь?
— Само собой, заговорщику Соколову принадлежали. Голову ему срубили на площади…
— Ага, так и есть. Теперь вот сынок его младший объявился, решил имущество семейное опять к рукам прибрать.
— Выкусит он, а не заводы получит! — прохрипел маркиз, сложил кукиш и зачем-то показал его Болотову. — Я их честь по чести купил, все документы в полном порядке, так что шиш с маслом!"
"Кирилл Романович посмотрел на кукиш, направленный в его сторону и поморщился — нечасто он видел подобные фигуры перед своим носом.
— Между прочим, бумаги вами подписаны, — дополнил Унковский. — Получается, ко мне вообще никаких вопросов.
— Гаврила, дело в том, что он их не по закону обратно требует, а другими методами. Как свинья себя ведет в цивилизованном обществе. Кого запугает, у кого акции по-тихому скупит… В общем, способы разные изыскивает, — сказал Болотов и налил себе еще стакан щербета.
После жирной еды его нестерпимо мучала жажда.
Маркиз обдумал слова герцога, затем взял кусок шашлыка и запихнул его в рот, заев пучком зелени. Прожевав и запив его вином, он вопросительно посмотрел на Болотова и спросил:
— Откуда такая информация? Неужели к вам сунулся?
— Ну, к нам он пока не сунулся, но вот справки по своему бывшему имуществу уже наводит. Ты же не забывай — мы ведь в столице живем, знакомства разные полезные имеем, так что, если я тебе о чем-то говорю, то значит не просто воздух сотрясаю, — Кирилл Романович отломил кусок лаваша, обмакнул его в томатный соус и съел.
— Вот у Баркалова сейчас в Рязани его люди гостят, со дня на день заводик у него стекольный отберет.
— Не знаю такого, — пробурчал Унковский. — Кто таков?
— Один граф из Рязанского княжества, ты его, может быть, и не знаешь, — пожал плечами Болотов. — Мы ему в свое время стекольный завод продали, который раньше Соколовым принадлежал.
