На ногах продолжали стоять лишь те, кого Василиса подняла из мертвых, но после того, как она прекратила действие заклинания и они рухнули на деревянный пол.
Мы внимательно осмотрели зал на предмет выживших — никому не хотелось получить кривым мечом, от какого-нибудь затаившегося гоблина. Но похоже, что живыми здесь были только мы.
— Как интересно получилось, — сказал я, вытирая лезвие Рассвета об одежду одного из мертвых орков. — Они что, здесь чей-то день рождения отмечали, я понять не могу?
— Что-то типа того.
Или какой-нибудь мальчишник затеяли, — усмехнулся Алексей. — Ты видишь — ни одной орчихи нет. Хотя должны же быть тут какие-то лица женского пола, если это таверна?
— Минин, ты только о бабах и думаешь, — упрекнула его Соловьева. — Может у них не положено в такие места с женщинами ходить.
— Ага, у всех положено, а у них, видите ли, не положено, — сказал Алексей, прохаживаясь между трупами и обходя торчавший из пола Портал.
— Может быть, это и не таверна вовсе? — сказала Соловьева, глядя на Портал.
— Тогда что это по-твоему? — спросил Минин, затем активировал Модуль и разочарованно вздохнул. — Никаких знаков вопросов. Кто-то видит что-то интересное, кроме мертвецов?
— Ну, предположим, застава какая-нибудь, — продолжала размышлять Василиса не обращая внимания на слова Алексея. — Например, они могли охранять Портал.
— Карамба? — сонно спросил Тосик, который решил посмотреть, что происходит и вылез из Рюкзака.
— Ага, еще та карамба. Ты все проспал, мой плюшевый друг.
— сказал я, затем почесал ему животик и посмотрел на некромантку. — Между прочим, вполне здравая мысль. Когда был деактивирован Портал на нашей стороне?
— Около двух недель назад, — ответила Екатерина. — Ну и что с того?
— То, что они могли об этом еще не знать, разве непонятно? — я обвел рукой вокруг себя, показывая на мертвецов. — Может быть, эти парни что-то типа группы усиления? Например, если бы Портал не был деактивирован, они бы могли ломануться к нам на Землю.
Мы обменялись взглядами с Соловьевой и по ее улыбке я понял, что она подумала примерно о том же. Богдан с Мининым уставились на нас, обдумывая услышанное.
— В этом что-то есть, — согласился Вешняков. — Будем считать, что эта мысль имеет право на жизнь.
Пока мы разговаривали, Салтыкова подошла к крохотному окну, через которое в таверну проникал свет и посмотрела что творится снаружи.
— Что там, Катя? — спросил я у нее и подошел поближе.
