— Игорь Владимирович, зачем вы похитили собственную дочь? — с ходу спросил я.
— Что?! Это кто вообще?
Точно, я же менял номер. Вот граф и не узнал меня.
— Это Алексей, — ответил я.
— Алексей! Это вы мне скажите, почему я отдал дочь вам, но мне уже несколько месяцев докладывают, что она любовница князя Воронцова?! Вы что, продали её? — возмущённо спросил граф.
— Игорь Владимирович, вы больше слухам верьте. А в невинности Маши, думаю, вы первым делом убедились.
— Да, я сразу вызвал опытного в этих вопросах целителя.
— В таком случае, как она может быть чьей-то любовницей?
— Никак, — буркнул граф. — Но это не отменяет того факта, что вы оставили её в Москве с незнакомым мне человеком.
— Не понимаю вас. Маша, как жила со мной и моей семьёй, так и живёт, — я пока не стал говорить прямо про свою фамилию.
Уж спустя столько времени граф Ларионов должен был догадаться.
— Мне докладывали, что моя дочь живёт в доме Воронцовых.
— Вы серьёзно ещё не догадались?
— О чём? Алексей, не надо держать меня за идиота, — резко ответил граф.
"
"— Я и есть князь Воронцов. Где вы сейчас? Я приеду и поговорим.
— Эм…
— Разве это не было очевидно?
— Нет. Я думал, что вы работаете на Воронцовых, но чтобы вы сам…
— Пришлите адрес, — снова попросил я. — Мне будет гораздо проще лично вам объяснить.
— Хорошо, сейчас, — ответил граф и бросил трубку.
А через минуту на телефон пришло сообщение с адресом. Я вернулся за Тимофеем Сергеевичем. Зачем снова вызывать такси, если возле торгового центра две моих машины стоит?
Один из членов службы безопасности поехал на второй машине сопровождать наших раненных до поместья.
А то голова у них болела так, что никакой обезбол из аптечки не помогал. А мы с Тимофеем Сергеевичем и оставшимся охранником выдвинулись по указанному адресу.
По пути я передал главе безопасности суть своего разговора с графом Ларионовым.
— Алексей Дмитриевич, выходит, что граф Ларионов похитил дочь, чтобы спасти её от вас же. Хотя вам он её и отдал, если судить по фактам, — сказал Тимофей Сергеевич после моего рассказа.
— Да, со стороны это выглядит забавно, но случилась путаница. А Маша, наверняка, побоялась рассказывать отцу правду без моего разрешения. Но она и не спрашивала.
— Всё было бы гораздо проще, если бы Алмазов Алексей исчез, и остался только Воронцов. Простите за прямоту, князь, это лишь моё мнение.
— И вы абсолютно правы. Осталось дождаться конца недели, и надеюсь… легенда об Алмазове Алексее навечно умрёт.