Он оккупировал кухню и просил ему не помогать. Никто и не настаивал.
На следующее утро на кухню снова влетел нервный директор.
«Второй раз уже за неделю – это вдвое больше, чем обычно он заходит за год», – заметили повара́.
– Почему пятый «В» жалуется, что у них была форель в сметанном соусе, а не лосось в сливках, как у пятого «А»? Там чуть драка не началась! Чем вы их кормите? Я не заказывал в школу ничего из этого!
Повара́ хотели сдать с потрохами своего новоиспеченного коллегу, но Тёма их опередил.
– Я взял их в том холодильнике! – указал он пальцем на склад продуктов.
«Ну всё, сейчас он вылетит!» – радовались про себя сотрудники кухни.
– Что ж, кх-м, – кашлянул в кулак директор, – обычно за такую инициативу я увольняю, предварительно набив морду.
Глаза у поваров загорелись. Этот зарвавшийся кулинар уже успел всех достать своими разговорами и расспросами о всяких забугорных рецептах. До его прихода ве́рхом академического мастерства для них являлись жульен и котлеты по-киевски, а тут какие-то «буйабесы» и «том-ямы».
"
"– Но мне только что позвонили из родительского комитета, – продолжал директор. – В общем, дети отказываются есть что-либо, приготовленное не в нашей столовой. Их родители хотят прийти и пообедать здесь завтра. Им кажется, что мы что-то подмешиваем в еду! Вы, как вас там, – щелкал директор пальцами.
– Артём, – гордо произнёс повар.
– Да, Артём, выдаю вам карт-бланш на этот обед!
– Но как же!.. – начали суетиться остальные повара.
– Цыц! А вы, бездельницы, будете помогать ему! Если родительский комитет одобрит новое меню, мы сможем привлечь дополнительное финансирование! Питаться лучше будут не только дети, но и руководство! А там и до новых занавесок недалеко, – мечтательно произнёс директор. – Так что вперёд, к Мишлену!
Он показал на воображаемый небосвод, а потом удалился. Повара́ кипели от злости. Какой-то пацан только пришёл и уже будет ими командовать!
Тёма не замечал назревающего бунта.
Находясь в состоянии близком к эйфории, дома он весь вечер провёл за составлением меню для завтрашнего обеда, а после четыре часа точил нож.
– Отравить не смог, будет резать! Надо его из наследников вычеркнуть! – шептал отец Артёма его матери, наблюдая за тем, с каким усердием сын водит лезвием по камню.
На следующий день, когда Артём зашёл на школьную кухню, то застал абсолютно пустое помещение и огромный амбарный замок на дверях склада.
