Дочь в курсе, чем отец владел?» «Нет, – прошептала мама, – Ваня хотел ей позднее рассказать». «Твой Ваня сидел на мешках с золотом, где-то их прятал, вынимал оттуда на жизнь. Колье не приобретал, оно часть его наследства! Ты видела все, чем обладал супруг?» «Нет, – опять призналась мама, – Ваня просто рассказал про родственника-князя». «Понятно, не захотел тебе показывать «кассу». Потихоньку торговал семейными ценностями, тратил деньги на любовниц. В отличие от Морозова я с тобой честен. И немного обидно, что ты так восхищаешься колье, но равнодушна к дорогой броши, которую я тебе подарил».
Мама начала уверять мужа, что его презент намного лучше папиного ожерелья, а я тихо ушла. Мамочке стало плохо, она оказалась в больнице. Я вечером помчалась домой, хотела помыться, переодеться. Вошла в квартиру. Уже один раз рассказывала вам, что увидела. Погром! Все разбросано! Похоже, дом обыскивали. Я бегом по комнатам. Везде жуткий беспорядок. Ворвалась в спальню покойного папы. Кровать сдвинута. Под ней обнаружился люк.
Он оказался открыт, а внутри – пусто. Я вспомнила подслушанный разговор. Под постелью отца есть углубление, в котором может поместиться небольшой, но очень емкий чемодан. Юрий не соврал, папа обладал богатством. Мы жили на деньги от его продажи. Теперь в «сейфе» пусто. Стою, смотрю на отсек, и тут словно по лбу стукнули. Колье! Папин подарок! Оно лежало у мамы в шкафу! Бросилась к мамочке в комнату, перешарила все! Нету ожерелья! Нету!
Глава тридцать пятая
– Ну и как вам такое? – спросил Дегтярев, когда все посетители, включая Анну, уехали.
– Сеня?"
"– И без моих речей все ясно, – отозвался Собачкин. – Корни истории – в прошлом, в двадцатом веке, в тридцатых годах или чуть раньше. Еще были живы и относительно молоды те, кто застал большевистский переворот. Если, например, какая-то девочка княжеского рода появляется на свет в тысяча восемьсот девяностом году, то в тысяча девятьсот семнадцатом ей еще тридцати нет. По нынешним временам малолетка, но в те годы это была, скорее всего, солидная замужняя дама с детьми.
Она постарается уехать из страны, в которой бушует революция, и, уж конечно, захочет прихватить семейные драгоценности. Мятежи, перевороты, вооруженные столкновения губят одну часть общества, но поднимают со дна другую. Не зря русский народ сложил поговорку «Кому – война, а кому – мать родна». Два брата, Егор Никитин и Василий Морозов, придумали, как им заработать. Ничего особо оригинального им в голову не пришло.
