Тем более в те дни, когда мы заряжали столбы — нервный стресс, нерегулярное питание и все такое.
— Ладно. Тут ничего тайного нет. Мама уже была у тебя и сказала, что меня насильно хотять взять замуж.
— Совет да любовь. Что еще могу сказать? На свадьбу не зови — не приду. Но две гвоздички, может, пришлю.
— У тебя плохой юмор, — поморщилась она.
— Это у нас семейное. Пять минут на жуткую историю твоей жизни, после чего я ухожу. Надоело тут стоять.
— Да какая там история. Месяц назад Этьен де Боде набрался наглости и, заявившись к нам в усадьбу, предложил мне выйти за него замуж.
До этого я его видела на паре приемов и выставок, но не обращала на него внимания. Урод он, да и слухи ходят, что мужчин любит больше, чем женщин.
Ему, конечно же, отказали — графиня барону не пара. Ну, вот тогда все и началось. Бесчисленные проверки нашего торгового центра — комиссия шли одна за другой. Дергали арендаторов, нас, покупателей. Мы сначала не поняли, кто это шалит, но когда разобрались… В общем, нам был поставлен ультиматум — или я выхожу за Этьена, или наш торговый центр, приносящий основной доход, будет закрыт.
При этом войну родов они объявлять не хотели — все знают, как Нагибины расправляются с обидчиками. Поэтому гадили по-тихому, но постоянно.
Наши люди наведались к ним, с целью наказать — вот тогда мы и узнали, кто на самом деле хозяин в этом городе. В общем, тех, кого к ним послали, мы так и не нашли потом. Тогда же обнаружили, что ни уехать, ни пожаловаться мы никому не можем. Да и к кому взывать? Официально доказать ничего нельзя.
Суд запретил нам покидать город, под предлогом того, что нас подозревают в незаконной продаже частей зверей из Проклятого леса. Чушь, конечно, но пока идет следствие, мы вынуждены сидеть в городе. Уверена, что в нужный момент они найдут доказательства. Нет, в тюрьму нас, конечно, не посадят, но в качестве виры торговый центр отойдет государству, после чего его выкупит де Бове по бросовой цене. И поверь мне, те, кто следит за финансовыми потоками рода, сделают вид, что ничего не произошло.
Деньги так же будут идти Нагибиным в виде налога, а вот то, что сменился хозяин дела, никто не узнает.
— Так ваш актив — это всего лишь торговый центр? — удивился я.
— Что значит «всего лишь»?!!! Он крупнейший в городе!!! Его рыночная стоимость более десяти миллионов рублей. И заметь, когда его отец подарил матери, он был втрое меньше. Мы в него душу и силы вложили, чтобы превратить в лучшее место для отдыха и покупок в городе.