Ту, которую ты играешь сейчас, – отвечаю я, не желая делиться с ним тем, что никакого плана давно нет.
– Интересно, - зло усмехается Юнусов. - А ты знаешь, что я не приемлю сценариев и люблю импровизировать?
– Я тоже, - уверенно отвечаю, а
он начинает так же, как и я, нервно смеяться, смотря на дым, который рассеивается на потолке.
ЛАВА 16
Валерия"
"Казалось, что я нахожусь под толстым давящим слоем воды на дне самой глубoкой точки океана. Я ничего не вижу и не слышу, только размеренный стук собственного сердца.
На грудь давит непосильный груз, не позволяя нормально дышать. Алан что-то еще говорит, а я не понимаю его слова, в ушах стоит гул, заглушающий все звуки. Закрываю глаза и вижу брызги багровой крови. Их так много, крупные капли и почти черные сгустки стоят перед глазами. Резко открываю глаза и ищу Алана, цепляюсь за него взглядом и боюсь отпустить. Он вновь что-то говорит, а я не разбираю ни единого слова. Мужчина хватает меня за плечи, насильно поднимает с дивана, снимает с меня пальто, отшвыривает его в кресло и немного встряхивает.
– Вера! – сквозь шум в ушаx все же пробирается его голос. - Ты меня слышишь?! – он вновь встряхивает меня как тряпичную куклу, и его голос обретает звук.
Отвожу от него взгляд и наталкиваюсь на свое отраение в окне. На мне черное платье, пятен не видно, но я тoчно знаю, что оно в крови Захарова. Завожу руки за спину пытаясь расстегнуть замок и снять с себя чертову тряпку. Ничего не выходит, замок не поддается, и я нервно дергаю его, пытаясь ее разорвать.
– Что ты делаешь?
– Платье, я хочу его снять! – зачем-то кричу я, будто он меня не слышит.
Алан хмурится, разворачивает меня спиной и быстро справляется с замком. Он сам снимает с меня платье, кидает его на пол, потом снова сажает на диван, опускается на корточки и снимает с меня сапоги.
– Пошли, - хватает за руку, тянет за собой в коридор и заводит в ванную.
Алан молча скидывает с себя рубашку, брюки, носки,
боксеры, а я просто наблюдаю за ним, еще не понимая, что прoисходит. Алан расстегивает мой бюстгальтер, стягивает с меня трусики, присаживается и скатывает с моих ног чулки.
Все это он делает быстро, без какого-либо сексуального подтекста раздевая меня, как ребенка. Юнусов настраивает душ и подталкивает меня, заводя в большую душевую кабину. Встаю под теплые струи воды тропического душа, и, кажется,только сейчас начинаю чувствовать собственное тело. Вода застилает глаза,и я прикрываю веки, но вновь вижу много крови, от которой меня передергивает.
