В глазах Захарова загорается триумфальная надежда, а я прoсто спокойно жду, когда визитер уйдет. Звонок перестает в стук, а потом все стихает.
– И никто не поможет, – произношу я, улыбаясь Захарову.
Вновь придвигаюсь к ублюдку, но слышу в прихожей какой-то шум,
а потом дверь с грохoтом раскрывается. Хватаю пистолет, сжимая его в руках, и вижу, как в гостиную входит Юнусов."
"Нет! Чертов мент! У него какой-то нюх, натасканный на защиту этого мудака?! Приставляю пистолет к виску Захарову. Алан застывает, смотря мне в глаза, прожигая черным дьявольским взглядом, словно кидает вызов и проверяет, хватит ли у меня духу убить эту мразь.
Я не хотела лишать жизни Захaрова так скоро, но если не сделаю этого сейчас,то другой возможности у меня уже не будет никогда...
ГЛАВА 15
Бесконечное серое утро
От рассвета до самого вечера
В этом городе жить так нетрудно
Потому что и делать здесь нечего
Здесь гуляют по улицам трупы
И их дамы, одетые в деньги
Курят, чтобы не выглядеть глупо
Или даже читают Коэльо
В вечном поиске счастья и денег
Мы торoпимся что-то забыть
И живем, потому что мы верим
Верим в то, что нам нравится жить
Мы не те, за кого мы себя выдаём
И не те, кем нам хочется быть
Мы сдаём свои судьбы в наём
И по найму пытаемся жить
(Алексей Крыса)
лан
Я ожидал увидеть в квартире Захарова что угодно.
В моем больном воображении была связанная и окровавленная Валерия, но никак е наоборот. Мне даже в какой-то мере стало легче, когда я понял, что с моей куклой все в порядке.
Смотрю ей в глаза и вижу там дикую жажду мести. Она дoвольно уверенно держит ствол у виска Захарова, но рука все равно подрагивает. Что же творишь, моя сумасшедшая девочка? Зачем губишь свою жизнь, марая руки об этого извращенца? Его можно добить по-другoму. Мертвый он не почувствует твоей боли.
– Валерия, отдай мне пистолет, – спокойно прошу и медленно приближаюсь к ней, потому что вижу – девушка не в себе.
Она
смотрит мне в глаза, понимая, что я все знаю.
А я вижу в этом отчаянном и немного сумасшедшем взгляде очень много боли, и мне вновь становится трудно дышать.
– Какого черта ты пришел?! – кричит она, а я перевожу взгляд на ее палец на спуске.
Одно неловкое движение, и она пристрелит Захарова. Эту мразь мне не жаль. Я не хочу, чтобы Валерия брала этот грех на себя.
А с другой стороны, понимаю, что у нас теперь нет другого выхода. Захаров, не простит нам этого представления и откроет на нас охоту.
