Моя принципиальность и гордость не принесли мне счастья.
Моё счастье — быть рядом с отцом моей дочери и его приемным сыном, мое счастье — любовь Руслана, и теперь я это четко понимала.
И у меня уже был готов ответ на его вопрос, который он задал мне вечером. Только мне, пожалуй, хотелось бы, чтобы он задал его снова, и уже наедине….
Вечер пролетел незаметно, и вернулись мы домой довольно поздно. Егор уснул в машине, и мы решили не тревожить его ещё перевозкой домой, и Руслан и его сын остались ночевать у нас.
Егора уложили в гостевой комнате, куда потом намеревался прийти и Руслан, но сначала мы решили побыть немного вдвоем — выпить в кухне чего-нибудь вкусненького….
— Ты такая красивая сегодня, — сказал мне он, слегка приобняв меня.
Мы стояли у окна и смотрели в ночь, держа в руках бокалы с напитком.
Этот теплый и приятный вечер грел наши замершие сердца, словно руки — мягкие шерстяные варежки зимой.
— Только сегодня? — подколола его. — В другие дни — не очень как-то, да?
— Да ну тебя, Лан, — прижал меня теснее к себе Рус.
— Ты же знаешь, что ты всегда красивая. По крайней мере, для меня. Каждый день, не только сегодня. Просто сейчас я вижу тебя так близко и…. Знаешь что?
— Что?
— Я тону в твоих глазах. Просто тону… Могу смотреть в них вечно. И мне мало — не могу насмотреться. Какая же ты красивая, Ланочка моя…. Девочка моя.
Он склонился ко мне и коснулся моих губ. Поцелуй был такой нежный, тёплый и родной, что невольно задрожали колени.
Как же я скучала по этим поцелуям, таким домашним и таким трогательным!
Как же я скучала по этим рукам и родному запаху.
Как же я скучала по нему — просто не передать словами…"
"Эти слова были банальными. Их слышали миллиарды женщин от своих мужчин, наверное. Но такие значимые и дорогие для каждой из них.
Что может быть дороже и приятнее, когда спустя много лет и рождение ребёнка, твой муж, пусть и бывший на данную минуту юридически, говорит тебе, что не может на тебя насмотреться?
Я отвечала ему на поцелуй. Я благодарила не словами, но делом, за его добрые слова, за терпение ко мне, за прощение, за любовь, которая не умерла, и которую он берег и хранил несмотря ни на что.
Он хранил её в своём сердце вопреки всему, оберегая от остуды.
— Я смотрю и вижу тебя той, в нашу первую встречу, — продолжил он, когда мы прервались от нашего сладкого, приятного занятия, и наши пальцы переплелись между собой. — Застенчивую юную красавицу. Я смотрел на тебя и мечтал, что ты будешь моей.
