И, после ускоренной медкомиссии, вышел на работу.
И охуел.
Причем, не столько от новых обязанностей и моря бумажек, никому нахер не нужных. К этому-то я, кстати, был вполне готов, Вовка, сменив гнев на милость, кратко обрисовал ситуацию же, даже советы дельные дал.
Меня гораздо больше потрясло другое: море людей, до которых никому не было дела. Море детей, никому не нужных.
Последнее, как теперь понимаю, для меня прямо триггером сработало.
Знаете, есть такой момент: ты живешь и думаешь, как у тебя все хуево.
И трава не такая зеленая, и подушка не такая мягкая… А потом выпадаешь из своей хрустальной башни в реальный мир… И понимаешь, что у тебя-то все заебись, на самом деле!
Потому что вот есть маленький Витька, которого мать тупо заперла дома без жратвы и свалила гулять. И он два дня один сидел. Ладно, хоть вода была.
Или есть старая Виктория Ивановна, учитель математики на пенсии, нереально клевая бабка, умеющая разговаривать с тобой так, что себя чувствуешь учеником-двоечником, не выучившим урок.
И у нее какой-то урод отжал только что полученную пенсию. Прямо возле дома подкараулил, по голове ударил…
Или есть мелкая Дашка, победительница краевых олимпиад по русскому языку, она живет на пятом, а на третьем живет откинувшийся после пятнашки урод, однажды чуть не затащивший ее к себе в квартиру… А ей пятнадцать всего… И теперь она боится выходить из дома в школу. А из родных у нее мать только…
И таких историй тысячи.
И людей тысячи. И у каждого свое.
И на их фоне мои проблемы с предками, мои обидки и несчастья смотрятся… мягко говоря, стремно.
И я стремно смотрюсь…
Я не выдерживаю и все же закуриваю, хотя в последний раз обещал Радужке бросить.
Но пока чего-то никак…
Еще бумаги подшивать, а потом заскочить с обходом в сто тридцатый, там вчера вернулся из тюряги парнишка, и уже сегодня соседи жалобу притащили на громкое празднование свободы… Надо зайти, провести беседу, как можно веселиться, а как нельзя…
И домой надо еще купить жратвы, потому что мелкий Витька сожрал все, что удалось найти, а Шарик, которого я выпросил у Радужки для того, чтоб пацану не было скучно, ему в этом очень даже помог… А домработница только руками разводит.
И, похоже, стучит папаше, что у меня в доме теперь детприемник и звероферма в одном лице, потому что Витька припер с собой такого же тощего, как и он сам, котенка.
