– Тащились в такую даль, – закатил глаза и тут же выругался, потому что ему на лицо упали первые капли начинающегося дождя.
Когда они выехали с кладбища, дождь лил как из ведра.
После кладбища Март имел весьма занимательную беседу с Приузом.
Глава гильдии ни разу не сказал прямо, что знает о том, что произошедшее прошлой ночью в доме Шельеса целиком и полностью дело рук Мартина, а не Брэнигана. Тем не менее четко дал это понять. Впрочем, Март не сомневался в том, что белый сразу обо всем догадался.
– Лорду Брэнигану, разумеется, не будет никакого наказания, – только и сказал глава гильдии.
– Он дал показания, что велел слугам Шельеса открыть ворота и пустить вас в дом именем его величества, но те отказались, и тогда лорд Брэниган прибегнул к твоей помощи. Как должностному лицу ему это позволено. – Приуз помолчал, пристально глядя на Мартина, но так и не дождался признания. – Дело замнут, – продолжил со вздохом, когда понял, что ничего не услышит. – А я замну, что мой подчиненный разнес магией дом уважаемого господина в самом центре столицы.
– Март вскинулся на «уважаемого», но Приуз приподнял руку, веля молчать. – Не ради тебя, не думай. А ради всеобщего спокойствия. Но учти, если еще хоть раз…
– Учел, – хмуро отозвался Мартин.
Повторения вчерашних событий ему и правда не хотелось.
Он поспешно покинул здание гильдии и выехал под проливной дождь.
Желание отправиться к сестре и выслушать признание во всем содеянном прямо сейчас было велико, однако, несмотря на ливень и отсутствие солнца, до темноты еще требовалось подождать.
Утром он едва не сорвался и не кинулся к ней немедленно, не боясь быть замеченным. По здравому же рассуждению Март понял, что не готов подвергнуть опасности весь лагерь подполья.
Поэтому он поехал домой."
"Когда он вошел, Мирта с Пьетро сидели на кухне и о чем-то негромко разговаривали. У обоих были опухшие лица – плакали. Март сделал вид, что ничего не заметил.
– Как дела? – спросил, сбрасывая с плеч промокший насквозь плащ.
Хотел было повесить на спинку стула, но кухарка тут же выхватила его из рук.
– Куда вы? Просушить же надо как положено.
Он мог бы высушить его магией, но не стал. После вчерашнего резерв еще восстанавливался. Запястья неприятно чесались, заживали медленно.
Мирта с плащом в руках покинула кухню, вероятно, ушла в прачечную. Март с Пьетро остались вдвоем.
– Как ты? – Маг присел на освободившийся стул.
Мальчик глянул на него исподлобья.
– Хорошо, господин.
