Зак смотрел мне в глаза и стал снимать одежду, делал он это скорее для меня, чем для себя. Ведь если я буду смотреть только на него, то остальных не буду замечать. Раздевался он аккуратно и медленно, будто специально пытался меня заинтересовать своим телом. Вот так, заигрывая друг с другом, мы разделись до нижнего белья, а на самом интересном Зак отвернулся. Если он старался спрятать от меня, то что встало у него в трусах, то зря, я уже заметила. Я понимала почему он отвернулся, мы без обряда никогда бы не познали полного соединения в постели.
Ведь с таким поленом длинной, думаю, около метра единственное, что я смогла бы сделать, это обнять его руками и ногами как столбик, не более.
Пока я пребывала в своих мыслях об особенностях тела Зака, служители не медлили. Они смешали в одну чашу какую-то жидкость, кровь всех пяти служителей и отца Зака. И вот эту полученную жидкость поделили уже на две части и стали рисовать ею на наших телах. Действительно, как и говорил служитель, нас разрисовали с головы до ног.
На лице и стопах тоже были нанесены всякие рисунки, что они означали, я не знаю. Потом на нас надели небольшую накидку, которая немного прикрывала попу и была без рукавов. Наконец, нас усадили на эти жертвенные камни, причем если Зак мог со своими габаритами спокойно сесть сам, то меня пришлось туда подсаживать служителям.
Зак сидел на алтаре, как и положено воину, расправив плечи. Он излучал первобытную мужскую силу, и этот камень был под ним не таким большим. А вот я сидела вся замерзшая, с синими от холода губами, и занимала места как ребенок в автобусе.
Затем из моего пальца взяли пару капель крови и в кубке смешали с кровью Зака. Мне поднесли его к губам и попросили сделать глоток, после чего тоже самое сделал и Зак. Мы легли на камни и постарались устроиться поудобней. Для меня это было нелегко, так как я уже замерзла, а теперь еще пришлось улечься на холодный камень. Тут служители накрыли меня полностью, с головой, полупрозрачной вуалью, которая была расшита какими-то символами.
Мои веки внезапно стали тяжелеть.
После того как мои глаза закрылись, я начала осознавать, что не сплю. Вот только тело я переставала чувствовать все больше и больше. Холод вокруг я тоже перестала чувствовать, зато тревога внутри набирала обороты. Ведь ко всему прочему мне казалось, что то тут, то там появлялись тени. Стала замечать голоса где-то далеко. Но с каждым разом я могла различить их все четче.
— Давно очень давно… — стал слышен один из голосов.
