Когда мы прощались у корабля, все члены команды смотрели на нас с открытыми ртами и выпученными глазами. Один даже, засмотревшись, врезался в стойку шлюза и выронил коробки.
Сейчас мои мужчины улетали вроде не надолго, но для меня казалось навсегда. Я настолько за это время привыкла, что они всегда рядом, стоит только протянуть руки или написать, а тут нас будет разделять космос.
— Дорогая, ну прекрати, пожалуйста, так расстраиваться! Мы скоро вернемся, не успеешь соскучиться. Ты же помнишь, что тебе еще и со мной проходить обряд, и обратного пути у тебя уже нет! Люблю тебя и уже скучаю! — сказав это, жрец поцеловал меня и направился на погрузку.
Каждый подходил и говорил милые слова о том, что будут скучать. Если они только будут, то я уже скучала. Поцеловав всех и помахав им на прощание, я в обнимку с Эликом пошла обратно.
— Помнишь, как мы впервые прилетели сюда? — спросил Элик, видимо, его тоже переполняли эмоции.
— Конечно, я этого никогда не забуду, особенно грозного члена совета — Дэрока, который нас неожиданно встречал! — как же я тогда в испуге жалась к мужу.
— Это точно, меня еще никогда член совета не встречал из простого полета! — смеясь, вспоминал он."
"— Скажи спасибо, что Вас тогда все члены совета не встретили, уж очень хотели! — послышался голос отца элохая.
— Да уж, тогда бы об этом говорили еще долго! А сколько бы слухов было! — смеялся Зак.
— Да, не меньше слухов и теперь будет. Уверен, капитан корабля уже скоро появится у ребят, и будет их пытать, что они такое умеют, что жена провожает их у корабля! — хихикал Элик.
Он сам, будучи капитаном, прекрасно знает все это, как и мужское любопытство.
— Думаю, весь допрос закончиться очень быстро, стоит только Дэроку сказать хоть слово! Его даже самые отчаянные боятся! — за воспоминаниями и разговорами мы дошли до шаттлов.
На стоянке в космопорте мы попрощались со старейшинами элохаями. Предложили Накароми остаться у нас, чему он только обрадовался. Что самое интересное, мы стали замечать изменения в поведении хранителя.
Если раньше он практически всегда лез за лаской и едой к Заку, то теперь всегда был ближе к его отцу. Тот играл с ним, прилагая приличную силу, что нравилось хранителю, и было хорошо для его развития. Я физически не могла бы с ним делать такие вещи. А Зак сейчас был полностью окрылен и поглощён предстоящим обрядом.
Вернувшись домой, я думала, что из-за количества событий и переживаний не смогу уснуть, но все оказалось не так.
