Он даже считал это обязательным элементом игры и сам играл по правилам: шаг за шагом, движение за движением, мягко, нежно, настойчиво…
На несколько мгновений Тамара застыла. И тут, протестуя и возмущаясь, друг за другом стали поднимать голову забытые, вдолбленные годами принципы. С каждой расстегнутой пуговицей протест становился все громче.
«Нет! Нет! Нет!» — долетало до опьяненного сознания, медленно скользящего вниз по спирали.
«Никогда не доверяй мужчинам», — неожиданно встали на этом пути мамины слова.
— Нет! — почти криком вырвалось у нее. — Нет…
Но, едва не задохнувшись от страстного поцелуя, она тут же снова забыла о принципах, сам собой рухнул барьер из маминых слов, и сознание беспрепятственно поплыло дальше вниз по спирали. Большие круги постепенно сужались, сопротивляться нарастающей скорости не хотелось, и, если бы не отвлекающие движения за спиной, она уже давно сорвалась бы в «штопор», за которым не было ничего…
И тут, с большим опозданием, до нее стало доходить, что за спиной она чувствует не что иное, как расстегивающие застежку бюстгальтера руки Алексея.
Затем одна из них скользнула вниз, дотронулась до обнаженного колена и медленно отодвинула край юбки. В ту же секунду в мозгу что-то щелкнуло, сознание моментально прояснилось, а взгляд четко сфокусировался на бутылке из-под шампанского. Через мгновение, изо всех сил толкнув нависшее над ней тело, она извернулась и вскочила на ноги. Застигнутый врасплох Алексей не сразу понял, что произошло.
Присев на кровати, он стал тупо наблюдать, как непослушными руками Тамара пытается застегнуть блузку.
— Что-то не так? — недоуменно спросил он.
— Если это и есть твое желание, то я не могу его исполнить, — стоя к нему спиной, отрывисто ответила она.
— Почему? Сегодня не можешь? — осененный догадкой, уточнил он с легкой досадой в голосе. — Объяснила бы сразу, не маленький.
Сообразив, на что он намекает, Тамара густо покраснела.
— Ладно, — пригладил он волосы пятерней и тоже поднялся.
— Успокойся…
— Успокойся? — повернулась она к нему. — Попалась как дурочка… Проволока, желание… Хочешь знать, когда я его исполню? Никогда! Не зря о тебе такая слава по общежитию идет…
— И какая же такая слава? — неожиданно рассердился Алексей. — Что ты строишь из себя? Неужели, когда шла ночью ко мне в комнату, не догадывалась, чем заканчиваются такие походы?
— Представь себе, нет! А шампанское я тебе верну, и даже не одну бутылку.
