«С ума они сошли, что ли? — дожидаясь прихода Крапивиной, потирал он левую область груди и чувствовал, как лоб начинает покрываться испариной. — Нашли на ком женить профессорскую дочь! Да если бы не прежний ректор, этого Радченко уже давно не было бы в институте! Ни его, ни Филевского, ни всех этих проблем! Публичный дом устроили! Как ни следишь за этими студентами, как ни желаешь им добра, все равно спят друг с другом, точно кролики. Где нравы, которые им должны были привить школа и родители? Куда мы все катимся, черт возьми, если даже дочь ректора забеременела от этого негодяя!»
— Но есть одна небольшая проблема.
— Иннокентий Вельяминович вздохнул и развел руками. — У вас на втором курсе учится одна студентка, Тамара Крапивина. Отличница, активистка… Родители у нее хорошие. Неплохая девушка, одним словом, да вот только влюблена она в нашего будущего зятя и не дает ему покоя. — Брови Кравцова едва не поползли вверх от такой интерпретации известных ему фактов. — Не могли бы вы поговорить с ней, объяснить, что молодой человек собрался жениться и не стоит ему докучать своими чувствами.
Петр Викторович прохрипел в ответ что-то невнятное и механически кивнул в знак согласия. Меж тем, заметив, что надо уважать и чувства этой девушки, Тишковский принялся поучать, как сделать это культурно и вежливо. В первую очередь для того, чтобы не поднимать шума и не портить репутацию самой же Крапивиной.
«И это он печется о чьей-то репутации! — нервно ворочался всю ночь Кравцов.
— Да пусть бы подумал о репутации дочери! Всем известно, что не Крапивина пристает к Радченко, а Лида Тишковская не дает ему прохода! А как нагло она вела себя в ресторане после последнего звонка! Меня, декана факультета, посмела унизить — так хотела, чтобы ее отвез домой именно Радченко! И зачем я согласился на просьбу ректора отправить их вместе на преддипломную практику? Ведь не хотел же ему рекомендацию подписывать! Жаль парня, сдался, не устоял, — чисто по-мужски посочувствовал он далеко не самому любимому студенту.
— И Крапивину жалко».
Кравцов стремился стать хорошим деканом, а потому о своих студентах он знал все или почти все: симпатии, антипатии, цели, стремления… Правдами и неправдами он одним из первых узнавал об образовавшихся студенческих парах и научился почти безошибочно определять, какие из них со временем создадут нормальную семью, а какие не продержатся и семестра, — сам женился в студенческие годы.
