— Хочешь сказать, что природа совершила большую ошибку? Ты не права, мне нравится ощущать себя женщиной, — рассмеялась Тамара. — Только сильной женщиной: чем дожидаться от мужчин активных действий, проще засучить рукава и сделать самой! И надежно, и нервы в порядке.
— Неужели никогда не хочется почувствовать себя слабой?
— Еще как хочется!
— И что же мешает?
— Понимание того, что лучше меня никто не сделает! — подумав, ответила она.
— Просто рядом нет мужчины, который сильнее тебя, — заметила Инна.
— У тебя планка ненормальной высоты, не всякий чемпион возьмет. Это же сколько надо иметь сил и желания, чтобы ее преодолеть!
— Ну почему же, на моем пути встречались и сильные мужчины: Радченко, например. Ляхов поначалу таким казался… Дело даже не в планке. Просто сильным мужчинам я не прощаю ошибок.
— Ты расскажешь мне наконец о Ляхове?
— Обязательно! Только давай сначала посмотрим третью самую знаменитую женщину Лувра. Иначе я себя уважать перестану!
— С таким аргументом не поспоришь, — удовлетворенно согласилась Инна…
…Вечером двадцать четвертого декабря Тамара долго гуляла по улицам заснеженного города.
Тихо кружась, с неба падали огромные хлопья снега, покрывали белым пушистым ковром деревья, строения, искрились в свете уличных фонарей и нетронутой целиной ложились во дворах. На душе было так же светло, спокойно и торжественно: скоро пятикурсники покинут ресторан, придет Леша… Она уже успела по нему соскучиться за эти сутки.
Возвратившись в общежитие, Тамара любезно согласилась с просьбой вахтеров отнести на одиннадцатый этаж срочную телеграмму.
Вызвав лифт, она сразу поехала наверх, но дверь указанной на бланке комнаты никто не открыл. В соседней комнате тоже никого не было. Окинув взглядом пустой коридор, она решила зайти позже.
Хорошенько отряхнув от снега новую блестящую шубку, она набросила ее на приоткрытую дверцу шкафа, расчесалась и снова собралась подняться на одиннадцатый этаж. Но едва Тамара погасила в комнате свет, как за окном послышался шум: по всей видимости, студенты пятых курсов обоих факультетов возвращались в общежитие.
Не включая света, она приблизилась к окну и долго вглядывалась в группы людей на освещенной аллее. Рассмотреть среди них Алексея никак не удавалось. Основной поток пятикурсников скрылся под окнами, и лишь редкие студенты спешили поспеть к закрытию общежития.
«Пока не пришел Леша, надо срочно отнести телеграмму», — спохватилась она.
