Но пить, как и связно мыслить, Тамара уже не могла, и чем дольше находилась в душной комнате, тем становилось хуже. Почувствовав, что и вовсе стало дурно, с единственным желанием как можно быстрее попасть к себе, она резко встала, зацепила ногой соседний стул, за который в свою очередь зацепился кто-то еще…
Не оборачиваясь на раздавшийся грохот, Тамара отмахнулась от чьей-то руки, нащупала ручку входной двери и, пошатываясь, поплыла по коридору. Добравшись до лестницы, она почувствовала, как кто-то сзади схватил ее за плечо, развернул и жадно прильнул к ее губам противным скользким ртом.
Ощутив мгновенно подступивший спазм рвоты, она с силой оттолкнула от себя, кажется, Филю, но едва сделала пару шагов, ее снова поймали за руку и потянули обратно. Пытаясь сопротивляться, она вдруг ощутила, что хватка ослабла, и, не чувствуя больше никакого сопротивления, по инерции качнулась в сторону ведущих вниз ступенек… Буквально в последний момент ее ухватили выше локтя и успели остановить падение.
— Оставь ее в покое! — услышала она угрожающий голос Алексея.
— Ты что, не видишь, в каком она состоянии?
— Ну напилась! Тебе-то что? — зло и нетрезво ответил Филя.
— Уйди прочь!
Через мгновение Алексей подхватил с трудом воспринимающую реальность девушку на руки и, хромая, понес вверх по лестнице.
— Ладно, мы еще посмотрим!
Последнее, что запомнила в тот день Тамара, — нарастающий с каждой секундой рвотный спазм, распахнутая дверь санузла и очень вовремя нагнувшие ее голову над унитазом чужие руки…
— …Ленка, голова раскалывается, — простонала она среди ночи.
Включив свет, соседка по комнате достала таблетку, принесла стакан воды и не удержалась от комментария:"
"— Ну ты даешь! Мы уж боялись, что тебе «скорую» придется вызывать.
— Кошмар… Никогда в жизни не чувствовала себя хуже, чем сейчас.
— Да тебя словно наизнанку вывернуло! И утром лучше не будет, не надейся, — со знанием дела предрекла она. — Не зря говорят: чтобы узнать свой предел в алкоголе, человек должен хотя бы раз в жизни как следует напиться.
Только если бы не Радченко, боюсь, твой предел мог бы запросто стать твоим концом: ты же никакая была!
— Который час?
— Половина шестого. На занятия, как я понимаю, ты не пойдешь?
— Мне работу по сопромату сдать надо.
— С ума ты сошла?! От тебя ж за версту перегаром несет! Я твоему старосте скажу, что заболела, а ты даже не думай высовываться из комнаты! У вас сопромат третьей парой?
— Третьей, — простонала Тамара.
— В следующий раз сдашь.
