Ну а потом все стали острить на тему женщин. В общем, я с Артемом в тот день поссорилась и ушла из ресторана… Вот потому и не рассказывала. Только и это еще не все, — добавила она. — Лешка ко мне назавтра после игры подошел и спросил, почему ты не пришла. Потом извинился за словесный бред в ресторане и попросил ничего тебе не рассказывать. Мол, ты его и так терпеть не можешь, зачем усугублять ситуацию… В отместку я попросила пригласительный на финальную игру, и вчера он мне его передал. Так что теперь ты обязана пойти, иначе он поймет, что я все тебе рассказала! А как было не рассказать? — вздохнула Инночка.
— Да и вообще… Леша, возможно, и играть не будет, не порти ему настроение…
— Почему он играть не будет?
— С ногой проблемы. Позавчера в конце игры неудачно упал, а у него два колена оперированы, мне Артем рассказывал. Вчера не играл и ребята с трудом справились, а что будет сегодня, — вздохнула она, — никто не знает: еще у одного из игроков кисть травмирована, а скамейка запасных — раз, два и обчелся.
— Когда начинается игра? — спросила Тамара после раздумий.
— В четыре, сразу после занятий. По окончании лучший игрок будет выбирать королеву соревнований. Всю команду от занятий освободили, не понимаю, почему Шабрин пришел? — покосилась она на сидевшего сбоку Сергея.
— Видно, лавры Радченко покоя не дают.
— Это ты к чему?
— И учиться, и играть, и девиц к себе водить.
— Томка, ну чего ты на него взъелась? Насколько я помню, весной он тебе даже нравился.
«И нравится, — подумала Тамара.
— Потому и взъелась, только не на него, а на себя».
— Зато…
Закончить предложение ей не удалось. Поставив по «паре» Трухе и Самоходу, преподаватель по-философски поздравил их с четверкой, выставил за дверь и вызвал отвечать Крапивину.
…На первых двух рядах основной трибуны сидело практически все руководство института: ректор, проректоры, деканы, партком, профком, комитет комсомола, студсовет. Короче — полный административный боекомплект, без которого в институте не проходило ни одно значимое мероприятие.
Девушкам даже стало неловко от такого соседства.
— Прямо перед нами проректор с дочкой, — прошептала Инночка, благодаря родителям знавшая почти всех присутствующих. — Они у нас на свадьбе были.
Обстановка в зале была накалена до предела. Два факультета на протяжении многих лет делили пальму первенства абсолютно во всем — от успеваемости до спорта и художественной самодеятельности. Первое место менялось на второе, затем снова на первое.
