Моя подруга была влюблена в Демира, и для нее все сложилось наилучшим образом."
"Азра проходит вперед, садится рядом со мной. Ставит чашку на прикроватную тумбу.
— Ну, как ты? — спрашивает с беспокойством в глазах.
Я стараюсь понять, как я? Как может быть человек, который отнял чужую жизнь? Что он должен чувствовать? Я почему-то ничего не чувствую. Внутри меня пустыня, в голове лишь сыпучий песок.
— Кам, ты расскажешь, что произошло? - смотрит на меня с нажимом. — Вчера ты пришла в таком состоянии, я не знаю, что и думать.
Вспоминаю, как добралась до квартиры брата, когда уже начало светать. Барабанила в дверь, пока сонная и взволнованная Азра не открыла ее.
— Камилла?! — вытаращив глаза, спросила она, завязывая пояс от пеньюара. — Боже, — прошептала, когда я сползла вниз в проеме двери.
Приподняв меня за подмышки, помогла зайти внутрь.
—Боже, что с тобой? Что произошло?
А у меня не было сил, чтобы ответить ей. Словно я забыла все буквы, слова и как строить их в предложения. Мир вокруг меня вертелся и крутился, сбивается дыхание.
За какие-то мгновения мой мир перевернулся с ног на голову. Единственное, что мне хотелось — это оказаться в объятьях брата.
—Д-е-мир, — тихо вырвалось из губ.
— Демир в Японии, — тут же отреагировала Азра. — Какие-то проблемы со строительством, его не будет ещё неделю.
Усадила меня на диван.
— Вызову скорую, с тобой явно не все в порядке, — сказала, поднимая моё лицо и рассматривая его. — Что с тобой сделал этот козел?
Мне удалось лишь протестующе покачать головой.
Она посмотрела на меня в замешательстве.
—Ладно. Хочешь, чтобы я позвонила отцу?
Я снова помотала головой. Она вздохнула, нервно кусая губы, явно не зная, что делать дальше.
—Ок, тогда вставай, пошли, — сказала спустя минуту.
Я поплелась вслед за ней и чувствовала, словно гвозди впивается в ступни, а тело рассыплется сейчас от боли и усталости.
Азра завела меня в ванную комнату.
— Давай, раздевайся и в душ, — приказала, помогая мне снять сарафан.
Включила воду в душевой кабинке. Как только тёплые капли коснулись меня, почувствовала облегчение.
Вода смывала грязь с моего тела. Но душу, которую окунули в дерьмо, уже ничем не отмыть.
Приняв душ, переоделась в пижаму, что Азра предусмотрительно приготовила, и вышла из ванны.
Она встретила меня с чашкой горячего чая.
— Давай, пей и в постель, — протянула мне кружку. — Тебе нужно выспаться, расскажешь все потом.
Отказавшись от чая, я прошла в комнату, в которой всегда оставалась в гостях у брата.
