Он молча смотрит на моего отца, игнорируя моё присутствие.
— Я понимаю, что произошли некоторые вещи, — с запинкой продолжает мой родитель. — Тебе нужно время подумать и принять решение.
Адэм продолжает молчать, очевидно находясь в таком же шоке, что и я. Папа поочередно бросает на нас взгляд ,потом встаёт со своего кресла.
— Думаю, вам с Камиллой нужно поговорить. Останься потом на ужин, есть и другие дела, которые необходимо обсудить.
Он обходит стол, направляясь к выходу из кабинета.
— Не тяни с ответом, сынок, — говорит, открывая дверь.
Адэм разворачивается к нему, я же всё ещё не смею двинуться с места. Не веря в то, что отец всё ещё хочет моего брака с ним. После всего, что произошло. О чем он думает, черт возьми? Что всё можно взять и забыть? Притвориться, что ничего не произошло?
— Ты смело можешь отказаться, если у тебя изменились планы, — продолжает своё наступление. — Нет ничего страшного в том, что твой покойный отец желал этого союза.
Делает контрольный выстрел, напоминая Адэму о долге чести, отрезая ему все пути отступления.
Дверь за отцом закрывается, я зажмуриваюсь, готовая провалится сквозь землю от стыда и унижения.
Градус напряжения в кабинете нарастает с каждой секундой. Я резко разворачиваюсь к Адэму, желая поскорее покончить с потоком издевательств, которые обязательно последуют от него. Приподнимаю подбородок, стараясь не терять остатки достоинства.
— Вернулась из штатов? — не заставляя себя ждать, с издевкой произносит он заглядывая мне в лицо.
Я чувствую, как краснею.
Сжимаю кулаки, больно, вцепляясь ногтями в кожу.
— Это сейчас так называется грязный барак, где ты жила со своим любовником?
Его бровь приподнимается, наклоняет голову, исследуя меня с ног до головы.
Ну конечно же Адэм Берк знает всю правду о моём исчезновении. Разве он из тех, кто поверит в сказку о моей неожиданной стажировке в Америке? Он вовсе не дурак и осведомлён более чем достаточно, чтобы сложить дважды два.
— Просто откажи моему отцу. Не нужно никаких сложностей, — пропуская мимо ушей его оскорбления, отвечаю я.
Смотрю на него в упор, стараясь найти какие-то изменения, произошедшие в нём за последний год. Но тщётно, он такой же надменный ублюдок, который считает, что весь мир у него в кармане.
— Естественно, я откажу ему, — кривит губы в презрительной усмешке, — Мне ни к чему бракованная жена.
Смотрит мне в область таза, ясно давая понять, что именно он имеет ввиду. Я чувствую, как тошнота подступает к горлу.
