Светлана Петровна катит коляску Анны в нашу сторону.
— Очень красивое. Платье настоящей принцессы, — я улыбаюсь и перевожу взгляд на женщин. – Давайте пройдём в дом, выпьем чай.
— Нам уже пора, Камилла. Мы заехали, только, чтобы поздравить Даниэллу, — говорит Анна.
— Оставайтесь на праздник, – говорю им.
— Баби, у меня зе день лоздение, — надувает губки Даниэлла и упирает руки в бока.
— Поэтому мы и пришли, дорогая, — тут же отвечает ей Анна. Она тянется к внучке, сажает её к себе на колени. — Давай покружимся напоследок, как мы с тобой любим?
Женщина нажимает на ручке коляски кнопку, и та начинает кружиться.
Даниэла восторженно кричит, заливается смехом. Они кружатся минут пять по саду. Наблюдая за ними, я смеюсь.
«Ты это видишь пап?» — вскидываю взгляд к облакам.
Тоска по отцу с годами становится только сильнее. Иногда я задумываюсь, как бы сложилась жизнь, если бы он был жив? Мне его очень не хватает.
Анна останавливает коляску, они обе смеются. Дочь обхватив её шею руками, целует женщину в щеку.
— Я тебя лулу, моя баби, — признается она.
Замечаю, как в уголках глаз Анны выступают слезы.
— Я тебя тоже люблю, моя Дани, — отвечает она с трепетом в голосе.
Дани сползает с её колен и бежит обратно к своим игрушкам.
— Вы, правда, можете остаться на праздник. Нет нужды уходить, — говорю я уверенно.
— Я не хочу быть причиной плохого настроения в этот чудесный день, — тихо произносит женщина. — Для меня большое счастье побыть с вами даже такое короткое время. Но нам пора.
— Хорошо, — соглашаюсь с её решением.
— Спасибо, что приехали.
— Пусть растёт большой и здоровой наша принцесса, — говорит Светлана Петровна, не сводя глаз с Даниэлы.
Я благодарю их за всё, они прощаются с нами и уходят. Я знаю причину их спешки и не желания оставаться на вечер. Когда только мы начали общаться и проводить время вместе, Анна попросила меня, чтобы о наших взаимоотношениях не узнал никто из моих родных.
«В особенности, пусть не знает твоя мать. Однажды, из-за меня она почувствовала себя преданной.
Не хочу, чтобы она почувствовала это вновь.» — объяснила свою просьбу она.
Я была удивлена и восхищена её чуткостью и деликатностью. Смотря на неё, думала о том, какой бы я могла стать, если бы меня воспитывала она? Мы с ней не похожи характерами. Во мне больше от Ирэн. У меня та же выдержка, что у мамы, тот же холод. Я кажусь себе взбалмошной и эгоистичной. Но ведь могла быть другой, если бы росла с Анной?
Однажды я спросила у Адэма, что он думает на этот счёт.
