Чувство вины сжирало его изнутри, как черви прогнившую плоть. Яркий свет, от мигалки неотложной помощи, слепил глаза. Адэм мчался за машиной, словно старался догнать и вернуть к жизни Мураза. Он не знал, зачем он едет, но не мог оставаться на месте, ничего не предпринимая."
"Доехав до места назначения, он сел у машины. Внутрь его не пускали. Ехать куда-либо не было сил.
Он сидел во дворе больницы, облокотившись спиной о холодный метал и игнорируя трещащий от звонков телефон. Каждая минута, что бежала вперед, вдалбливала гвоздь в его сердце и отяжеляла совесть.
Перед глазами снова и снова прокручивалась картина того, как Мураз оседает на землю, от услышанных слов, произнесенных им.
От отчаяния хотелось выть волком, крушить всё вокруг. Это был крах. Он не знал, как сможет продолжить жить с таким грузом на душе.
Глаза резало, словно в них насыпали расколотое стекло. В висках пульсировала адская боль. Безысходность и обреченность давили своим грузом.
Спустя пару часов, в таком положении его нашли братья Низами.
Все четверо приехали к моргу. Они были в таком же ужасном состоянии, как Адэм. Красные глаза, налитые кровью. Лица, искажённые скорбью.
Никто из сыновей не мог поверить в то, что Мураза больше нет. Адэм знал, что это только начало. По-настоящему будет крыть позже. Когда проходит время, и приходит осознание смерти родного человека, вот тогда боль вгрызается в горло со всей своей мощью.
Практически синхронно братья сыпали его вопросами о том, как это произошло.
Тогда Адэм рассказал всё, как было.
Ни на минуту не возникало желания утаить, что именно привело к смерти Мураза. Он прекрасно знал всех братьев, был с ними в приятельских отношениях, а Демир — его лучший друг. Адэм считал, что они должны знать правду. Врать и изворачиваться было не в его характере. Раз виноват, то должен нести ответственность.
Он поведал братьям, не вдаваясь в подробности и тонкости, что Муразу стало плохо, когда он и их сестра ссорились.
Все четверо мужчин слушали его молча, не перебивая и не показывая своих истинных эмоций.
Они держали себя в руках, хотя могли дать выход гневу. Это была общая черта характера братьев Низами, которым они были обязаны отцу. Он воспитал их так, что они всегда сохраняли холодный рассудок и спокойствие. Никогда не действовали сгоряча. Обдумывали и просчитывали все ходы наперёд.
«Разберемся позже. Сейчас нужно достойно проводить отца.» — единственное, что тогда сказал Рафаэль надломленным голосом.
