Я почувствовала, как Даррен покрывает мою шею поцелуями, а затем снова возвращается к губам.
– Отец уже приехал, он нас ждёт, – прошептала я, но плечи мужа отпустить так и не смогла. Лишь выгибалась под его умелыми ласками.
Рука Даррена скользнула в корсаж моего платья:
– Подождёт ещё немного.
Вдруг послышались приглушённые голоса. Разговаривали слуги и король!
Мы с Дарреном мгновенно отодвинулись друг от друга, как нашкодившие школьники. И тут же послали друг другу насмешливые улыбки.
– А вот и вы! – услышала я голос Фредерика.
– Я не выдержал и пошёл искать свою дочурку! Ну признавайтесь… кто у меня будет внук или внучка?
Даррен склонил голову, приветствуя моего царственного родителя.
– Внук, – улыбнулась я, тепло обнимая отца.
За последний год мы сблизились. Пусть нас с папой и сложно было назвать роднёй, которая не разлей вода. Но иногда мы могли поговорить по душам.
Всё началось с суда над Аароном, Милли и Джеромом. Судили их долго, приговор вынесли буквально месяц назад. Всех пожизненно сослали на рудники без права помилования.
Мне часто приходилось таскаться по судам, чтобы давать показания. Отец видел, как тяжело мне это даётся, и поддерживал, как мог.
Милли разродилась дочкой. Но увы, малышка оказалась никому не нужна. Ни Бертрано, который к тому моменту уже женился, ни пожилым родителям Милли, которые жили в каком-то захолустье."
"Но Фредерик с моей подачи смог найти девочке приёмных родителей, которые души в ней не чаяли. Было грустно, что судьба ребёнка сложилась таким образом.
Девочка не была ни в чём виновата. Но меня утешала мысль, что её вырастят в любви и заботе.
Мы втроём спустились в малую столовую и сели за небольшой столик. Служанка принесла чай и разложила сладости. Отец тут же схватил мармелад, который успел полюбить.
– Нужно назвать моего внука Фердинандом! В честь моего отца! – Его Величество сделал смачный глоток чая, запивая петтовый мармелад.
– Мне не нравится, – тихонько рассмеялась я.
Вот это претенциозное имечко!
– Почему не нравится? – возмутился папа,
– Назовём сына Максимилиан.
Мне сегодня пришло в голову, – безапелляционно заявил муж. – Никаких Фердинандов. Он же ввёл кучу глупых законов.
– Нет, Максимилиан внуку не подходит.
– Как ты узнал, что не подходит, папа? – насмешливо спросила я. Не то чтобы я собиралась называть так сына, просто было любопытно.
– Я чувствую! Он не хочет быть Максимилианном!
– Это аргумент, – пробормотала я, вставая со стула.
