По крайней мере тухлыми яйцами или помидорами меня точно не закидают. А это уже что-то.
Приняла решение, что поговорю с ним об этом перед уходом. Чтобы сейчас не потерять возможность напомнить о себе в высшем свете. А то ещё поссоримся, и все планы насмарку.
Мы с Бертрано поднялись на второй этаж по широким ступеням, которые были выстланы красивым багровым ковром. И он завёл меня в какую-то ложу на верхнем этаже. Отсюда можно было увидеть всё, что происходит в зале внизу.
Я сразу почувствовала себя не в своей тарелке.
Лица у аристократов были на редкость надменные.
– Это моя милая сестрёнка – леди Мариэлла Райдер, – представил меня Берти друзьям, исходя довольством.
Кто-то равнодушно мазанул по мне взглядом, а кто-то даже глумливо ухмыльнулся, очевидно, предвкушая забаву. Некоторые даже дружелюбно кивнули, чего я не ожидала.
Здесь же уже сидел и беловолосый принц – муж Кэтти. Что меня удивило, он вполне себе мило общался с двумя клушами, которые были одеты на манер «я вся твоя, только возьми» и вешались на принца, будто он ни капли не женат.
Хотя… судя по словам Кэтти, все так и считали. Свинопаска не в счёт.
– Неужели вы та сама Мари? – молодой парень с лихо закрученными усами уставился на меня во все глаза.
Я не стала изображать недоумение, а сразу ответила:
– Именно так.
– Клянусь Всеотцом! Но ведь ходили упорные слухи, что вас сослали на мёртвое побережье замаливать грехи! – вклинилась одна из дам.
Я понятия не имела, что за «мёртвое побережье», но на всякий случай поспешила сообщить, что я туда не собираюсь.
Наш разговор заинтересовал почти всех в ложе. По мне поползли ядовитые изучающие взгляды.
– Какая наглость, заявится сюда как ни в чём ни бывало! – пробормотала какая-то леди себе под нос, скривившись.
Я уже хотела ответить что-то едкое, но вдруг увидела Господина Мэллори и Милли.
Они стояли в нижнем зале и были видны, как на ладони.
У меня кто-то что-то спросил. Я ответила невпопад.
Всё моё внимание было устремлено туда – вниз.
Змеюка подошла к нему совсем близко и что-то шептала на ухо, касаясь своей грудью. И это на людях!
Она же беременна! Неужели она всё ещё в поиске отца для своего ребёнка? Или прознала, что у нас с Мэллори наладился контакт?
А Господин Дракон? Я ведь говорила ему про любовницу мужа. Кажется, даже имя называла. Но вот запомнил ли он её?
Я вцепилась в холодные перила балюстрады побелевшими пальцами, чувствуя, как внутри поднимается гнев.
