Я думала, что плотно поев и выпив, гости разойдутся. Но ничего подобного. Часа через полтора подали вторую перемену блюд, в этот раз рыбную. И открыли новый бочонок пива. Мужчины изредка выходили из-за стола, но потом неизменно возвращались назад. Девушки покидали застолье только в сопровождении матерей."
"Про саму свадьбу забыли довольно быстро. Все разговоры шли про урожаи этого года, про неожиданный приезд каких-то иноземных купцов и про то, как села сейчас выплачивают налоги. Пообсуждали скорый отъезд жениха на герцогскую службу.
Новость, которая придала мне моральных сил: оказывается, через восемь дней назначен отъезд.
Я прислушивалась, стараясь не упустить ни слова, но больше ничего полезного не узнала: мужчины рассуждали, сколь дорого выходит обмундировать смердов, которых баронет заберет с собой. И вздыхали, жаловались, что налоговые льготы не окупают это самое вооружение и одежду. Женщины хвастались удачными покупками и запасами на зиму. И все чувствовали себя достаточно весело и свободною.
За столом молчали только двое: я и слепой барон.
Глава 18
Ближе к вечеру, когда гости были уже изрядно пьяны, а мой так называемый муж начал клевать носом, объявили танцы.
Танцевать собирались прямо на мощеной площадке двора. Оттуда к этому времени убрали все повозки и развесили снаружи дома с десяток горящих фонарей, а также появились три музыканта и зрители-селяне, молчаливой толпой стоящие за оградой.
Одежда музыкантов была с претензией на красоту и роскошь, а по сути: грязное тряпье.
Один из мужчин был в жутко засаленном бархатном костюме, из которого не только торчали нитки в местах швов, но и вместо кружевных манжет остались жалкие клочья. Пятен на костюме было столько, что в сумраке разобрать настоящий цвет было просто невозможно: он казался болотно-коричневым. У этого мужчины в руках был продолговатый деревянный ящик с натянутыми струнами. Пожалуй, ближе всего этот инструмент был к гитаре, вот только звук издавал не слишком приятный, какой-то пластмассовый.
Второй, совсем молодой юноша, при обычных холщовых штанах, носил старую красную парчовую жилетку. Его инструментом было нечто вроде металлической дудочки. Третий, самый пожилой из всех, был одет лучше остальных. Его костюм, не слишком и драный, раньше однозначно принадлежал богатому горожанину. Плотная шерстяная ткань с бархатными вставками, пожалуй, выглядела даже солидно.
