Я почти воочию видела поджатые губы баронессы Штольгер и нарочитое игнорирование меня в беседах всеми соседями: «Может быть, Освальд и прав… Да нет, он точно прав! Или мы покажем, какие мы “крутые”, или местные начнут точно так же воротить от нас лица и шипеть за спиной.».
Эти мысли меня не радовали: не привыкла я быть в центре внимания. Но все же муж мой и прожил здесь дольше, да и там, в родном мире, не последним человеком был.
Так что наши бальные костюмы, сшитые в стиле Family Style, были из роскошного бархата с золотой отделкой.
Едва войдя в зал, я поняла, как прав был Освальд. Мы были не просто чужаками. Мы были нахальными чужаками, которые посмели одеться так же роскошно, как и герцогская пара. У остальных наряды были не дешевле, просто менее яркие.
В то же время все вокруг знали, что Освальд служил у принца несколько лет и земли в награду получил из королевских рук. Для местной знати он был нахальным выскочкой, которому неприлично повезло. Зависть существует в любом мире, и сквозь вежливые улыбки и приветственные поклоны отчетливо сквозила недоброжелательность знати.
Тем более что присутствовало еще четыре пары, равных нам по положению: на герцогский бал съехались самые сливки общества.
Нас почти намеренно игнорировали. После того как мажордом выкрикнул наши титулы, стоя в широко распахнутых дверях, мы прошли по ковровой дорожке, поклонились герцогу с супругой и отошли в сторону. Нас рассматривали. Внимательно, пристально и, пожалуй, излишне назойливо.
Если мужчины хотя бы старались сделать это не слишком заметно, то женщины позволяли себе гораздо больше.
Стоя метрах в пяти от нас, сплетничала целая стайка дам, не забывая почти демонстративно оглядываться, рассматривать нашу одежду и недовольно морщить носы. Возраст женщин был самый разный: от двадцати пяти до пятидесяти. Между собой держались они так, будто были самыми близкими подругами.
Муж усадил меня в кресло, и мы тихонько обсуждали предстоящую встречу с его светлостью и кардиналом.
А зал между тем потихоньку заполнялся.
Его светлость произнес что-то вроде приветственной речи, герцогиня махнула белоснежным платком и откуда-то с высоты, с балкона зазвучала несколько визгливая музыка.
Его светлость встал с трона и пригласил на танец пожилую солидную даму в богатом платье из темно-серого атласа. Пара встала недалеко от трона, и вслед за ними начали торопливо пристраиваться гости.
