Ни дохлых мух, ни паутины по углам, ни мусора на полу.
Даже похожая на огромный скелет динозавра кровать, лишенная и клочка ткани, явно была недавно отмыта и отполирована воском. Кроме места для сна в комнате был еще рассохшийся буфет, этакий деревянный мастодонт, лишенный украшавших его стекол в верхней части и покрытый глубокими трещинами от неправильного хранения, а также чуть щербатый стол с резными ножками и несколько стульев. Все.
Лакей, который поставил сундук с моим барахлом у стенки, неодобрительно посмотрел на влажные пятна и комочки снега, осыпавшиеся с нашей обуви, недовольно покачал головой, вышел и вернулся с тряпкой.
Тщательно протер все влажные места и, заметив, что я так и стою столбом посреди комнаты, совершенно не понимая, что делать, весьма дружелюбно сказал:
— А вы, госпожа, к столу присядьте. Я сейчас на поварню сбегаю и чайку с хлебушком вам спроворю.
— Как тебя зовут?
— Меня, госпожа, Гронтом кличут.
— Давно ли ты служишь у графа, Гронт?
— Так почитай, с самого его детства и служу.
Вы не пужайтесь, госпожа, что он снаружи строгий весь. Завсегда он с обслугой по-честному поступает, и никакого урону вам от господина не будет.
— Хорошо, спасибо за помощь, Гронт.
Все же встретить здесь русского было настолько необычно, настолько неожиданно, что в голове у меня была полная каша. Ни одной дельной мысли…
Решив, что в словах слуги есть определенный резон, я действительно уселась за стол на слегка занозистый стул и еще раз оглядела свою комнату.
Все же это: это не комната для прислуги, я думаю. Во-первых, она слишком большая — не меньше сорока пяти-пятидесяти метров. Да и два больших застекленных окна для какой-то там служанки тоже, пожалуй, было бы слишком роскошно. Кроме того, высокий потолок по центру украшала неуклюжая, в трещинах лепная розетка. Это значит, что когда-то здесь была люстра на много свечей. Вон и крюк для нее торчит из потолка. Конечно, могу ошибиться, но, возможно, эта комната была гостевой. Тем более, что в одной из стен находились еще две двери.
Любопытство оказалось сильнее меня, и я пошла обследовать другие помещения. Левая дверь привела меня в огромную комнату с узким окном, расположенным горизонтально. На стены набиты ряды полок, а в углу валяются два сломанных манекена. Под ногами у меня что-то хрустело. До этого помещения еще не добрались слуги, и слой пыли на полках и на полу говорил о том, что человеческая нога здесь не ступала много лет.
