Отдых и лечение травами пошли ей на пользу: исчезла болезненная бледность, отёки пропали, щёки окрасил здоровый румянец, а в глазах появился прежний блеск. Джульетта словно помолодела, расправила плечи и не охала при каждом движении. В итоге я убедила её полежать ещё денёк.
– Давно мне не было так хорошо, милая моя! – улыбка коснулась её красивых губ. – Спасибо вам с Нитой. Чудеса наяву и никакой магии! – подмигнула она мне. – Даже без кровопусканий, пиявок и клизм обошлись! – в её мелодичном голосе слышалось невероятное облегчение.
– Кстати, Белла, хотела с тобой обсудить, да всё из головы вылетало. Твоя речь, манеры – всё стало другим. Те, кто знает тебя с рождения, быстро смекнут, что дело нечисто. Потому прошу тебя, пообещай мне помалкивать и больше слушать. Договорились?
Я вздохнула:
– Мама, не могу же я всю жизнь провести «зашив рот» и в изоляции.
– Я не говорю о таком долгом сроке. Вскорости ты отправишься в столицу, Мортимер давно хлопочет о твоём назначении, станешь прислуживать младшей королевской дочери, Её Высочеству Шарлотте.
А по возвращении никто не удивится ни странным словам, ни иным манерам.
Эта новость застала меня врасплох:
– Когда?
– В начале лета, если твоему отцу не отказали.
– Ясно, – вдруг стало тоскливо. Я только привыкла к новому дому, к Джульетте, Ните и Агнесс, даже к шумным вечерам в основном зале, когда жители замка собирались трапезничать. А тут – пугающая неизвестность.
– Белла, на тебе лица нет! – заметила моё состояние графиня. – Не расстраивайся! Обычно срок службы не больше года, за это время тебе следует подсуетиться и найти себе достойного супруга из благородного рода.
Впрочем, твой отец уже озаботился и составил список подходящих молодых людей, тебе надлежит лишь познакомиться с кандидатами и выбрать кого-то из них.
Ах, вот оно в чём дело! Всё стало понятно.
– Ты наследница Эллисонов, тебе принадлежат обширные земли. Белла, ты весьма завидная невеста.
Я кивала, но молчала. У этого мира свои правила. А я чужая тут, заведённые в этом обществе порядки казались мне в корне неверными.
Я привыкла к свободе слова, выбора. Я не хотела замуж, во всяком случае, пока. Я жаждала сделать что-то полезное, чтобы всем стало чуточку легче жить. По крайней мере, чтобы роды и аппендицит перестали быть смертельной угрозой.
– Обещай, – Джульетта наклонилась вперёд и обхватила мою руку, сжала, требовательно заглядывая мне в глаза.
– Хорошо, – сдалась я, – обещаю быть осторожной.
– Сдержи слово.
