Саша машинально делает шаг назад, но не отступает, гордо вздергивает подбородок. — Какого черта? Дети спорят, а ты набрасываешься на пятилетнего ребенка.
— Этот пятилетний ребенок только что ударил моего сына! — помогает мальчишке встать, встряхивает его одежду. — А ты кто такой, чтобы лезть? Иди своими делами занимайся.
— Я тебя сейчас... — наступаю. Вокруг дети, женщины и даже есть пожилые. — Катись, пока не получил. Найду тебя. Разговор не окончен.
Заметив, как я оглядываюсь, мужик тоже оглядывается и, кажется, понимает причину, по которой я обращаюсь мягко.
Уходит.
— Он на маму постоянно смотрит, — впервые сын заговаривает со мной. — И даже просил позвонить.
— Вот оно как, — опускаюсь перед ним на корточки. — А мама что?
Краем глаза замечаю, что Даша до сих пор качается на качелях.
— Ничего. Он постоянно к маме лезет! То меня обзывает, то маму. То глазки строит, — пожимает плечами.
Щурюсь. Поджимаю челюсти. Зубы сводит от боли.
— Я решу, — обещаю. — Иди к сестре.
Саша кивает. Уходит.
Я же ищу того мужика, который «глазки строит» и обзывает моих. Посмотрим, хватит ли ему смелости на меня наехать.
Я, конечно, не рад, чтобы дети спорили и дрались со всеми подряд, но в этот раз Саша поступил правильно. Я бы тоже врезал тому, что меня нагло толкает.
— Эй! — зову мужика, едва его сын заходит в подъезд. В соседний. Он поворачивается на мой голос. — Подойди.
Подходит. Так смотрит, будто сожрать меня готов. Высокий, спортивный, но он прекрасно знает, что со мной не справится.
— Чего?
— Какого черта лезешь к пятилетнему ребенку? — подхожу вплотную.
— Ты вообще кто такой?
— Не отвечай вопросом на вопрос.
— Новый ухажёр Марии, что ли? — меня рассматривает. Усмехается. — Ну, с простыми она на контакт не идёт, судя по тому, с кем она встречается. Не удивлен.
— Не понял. Я тебе вопрос, бл*дь, задал. Какого хрена Марию впутываешь? Ещё раз увижу тебя вблизи своих, клянусь, глотку порву. Не смей подходить к моим.
— Своих? — снова усмехается ублюдок. — Это я не понял.
Тебе что-то про меня наговорили? Я ни к кому не лез! Стоп, — морщится. — Мария, что ли, что-то ляпнула?
Хватаю кретина за воротник и встряхиваю так, что он ругается. Что-то невнятное цедит. Отпускаю. Точнее, отталкиваю. Чуть ли не падает.
— Сука! Нахрена она тебе нужна? Нагуляла детей непонятно от кого, а сейчас спонсора хорошего ищет. С толстым портмоне.
Его слова как кипяток на голову. Не выдерживаю, врезаю кулаком. Орет скотина, нос ладонью зажимает.
