У каждого своя жизнь. У Миши жена, у Антона...
— Настя, — договаривает вместо меня. — Заждалась, девочка?
— Наверное, — хмыкаю. — У них сложные отношения, Маш. А точнее, я даже не знаю, есть ли они вообще. Антон ее уже который год взаперти держит.
Маша хмурится. Взгляд ее становится тяжёлым, задумчивым.
— В каком мы веке живём, Виктор?
— Я к ним просто не лезу. Без понятия, что творят. Не хочется обсуждать эту тему, если что. А насчёт Миши без проблем, — выдыхаю.
— Я заметила, что Миша постоянно думает о чем-то своем.
До него не всегда доходит, о чем вообще речь. Часто приходится повторять свой вопрос.
— Проблемы с личной жизнью. Но мне кажется, что он преувеличивает.
— В плане?
Выдыхаю очередной раз.
— Он хочет отцом стать. А жена... Забеременеть не может.
— Единственное, что ему остаётся, так это терпеливо ждать и не наезжать на жену, если она просто не может, как ты сказал. А если не хочет, то это уже другое дело. Ладно... Действительно, надо поменять тему. Все-таки это их личная жизнь и лезть нам туда точно не стоит.
— Как скажешь, милая.
Получив убивающий взгляд, смеясь отворачиваюсь. Ибо действительно не стоит испытывать удачу.
Спустя некоторое время дети возвращаются. Вечер проходит настолько быстро. Что даже не хочется подниматься с места.
— Вам завтра в сад. Надеюсь, не забыли, — вопросительно выгибает бровь Маша.
— А папа с нами останется? В нашем доме? — интересуется Даша, которая просит взять ее на руки.
— Нет, конечно, — ответ приходит моментально.
Дети больше не задают вопросы. Спускаемся на парковку в лифте. И едва мы садимся в машину, как Маша вспоминает, что оставила телефон в Вип-комнате.
— Давай я, Маш. Я быстро.
— Нет, — кивает он на Сашу. — Как раз я быстро.
Она хочет, чтобы я заговорил с Сашей?
— Завтра куда-нибудь съездим? — сажусь за руль и поворачиваюсь к детям.
— В луна-парк! — тут же отвечает дочка. — Нас туда дядя Стас отвозил. Мне очень понравилось там!
Чуть ли не скриплю зубами, услышав имя другого мужика.
Не сказав ни слова, выхожу из машины и вижу, как из одного лифта выходят два балбеса. Судя по тому, как пошатываются и ржут — пьяные. А из другого Маша. Крепко сжимая в руке телефон, она проходит мимо них.
— Куда торопишься, куколка? — хохочет один из них. Маша меняется в лице, увидев, что я яиду навстречу ей.
— Рот закрыл, — рычу.
— О, у нее *барь есть, Кость, — орет второй.
— Иди в машину, — цежу сквозь зубы.
— Не надо. Они пьяные, Виктор.
