И потом, моя любовь к нему другая, совершенно непонятная, сотканная из одержимости, привязанности и чувства защищенности. Мне хочется ее раскрыть, принять, прочувствовать.
Он встает с места, подходит
к двери, открывает ее наcтежь и указывает мне на выход.
– Не вынуждай меня применять силу, Олеся! Ты уже однажды ушла из моего дома, извини, назад не принимаю, – немного раздраженно произносит он, сильно сжимая ручку двери.
Поднимаюсь с кресла, иду, но не на выход, а к Руслану. Он так близко, можно протянуть руку и дотронуться кончиками пальцев до шрама на щеке, но я не могу, словно выстроенная им стена – настоящая преграда между нами.
Остается только дышать его запахом и сходить с ума от его отстраненности.
– Руслан, – все же тяну руку, но он уворачивается от меня, словно ему неприятны мои прикосновения.
Наказывает меня за мои слова, за то, что ушла, бросила и не смогла справиться с эмоциями. Он хватает меня за предплечье и подталкивает на выход с полным равнодушием на лице. Сердце на мгновение поверило в этот спектакль, и стало больно.
Поддаюсь ему, выхожу в коридор, и перед моим лицом тут же захлопывается дверь. Выдыхаю, прислоняясь лбом к ней, глажу деревянную поверхность ладонью.
– Прости меня, - шепчу я, зажмуриваясь,и хочется биться головой об эту закрытую дверь. - Скажи, что я должна сделать? Ведь еще не поздно?
Не помню, сколько так простояла, прислушиваясь к тишине по ту сторону двери. Ушла, только когда он начал разговаривать по телефону со свoей секретаршей, обсуждая дела.
Хотелось домой, к маме и Марише. Лечь с дочерью в кровать под теплое одеяло и читать ей сказки или смотреть в сотый раз мультик прo спящую красавицу или Золушку, но я не могла уйти. Что-то подсказывало, что меня больше не впустят в этот дом.
Следующая неделя показалась мне вечностью. Руслан уехал рано утром. Я провожала его, всматриваясь вслед, наблюдая, словно шпионка,из окна, а он ни разу не обернулся. Он не приехал вечером и даже на следующий день. Зинаида сказала, что Руслан уехал в рабочую поездку, и она не знает, когда он вернется.
А я ждала, бродя, словно приведение, по огромному дому, ловя на себе жалостливые взгляды домработницы.
Как быстро все меняется, ещё недавно, когда меня не было, он спал в моей кровати, а сейчас я бесцеремонно вторглась в его комнату и сплю на его большой кровати. Мне почему-то отчаянно хотелось, чтобы он приехал домoй ночью,и молча лег со мной, обнял и приласкал. Чтобы за нас все сказали тела – руки и губы.
