Мы выходим из зала и окунаемся в тишину. Никого здесь нет. Демид не дает мне сдвинуться с места и заставляет посмотреть на себя.
Его взгляд говорит гораздо больше слов.
Он прекращает мои протесты властным жадным поцелуем, от которого у меня слабеют колени. Вцепляюсь руками в мужские плечи и повисаю на муже, не в силах бороться с притяжением.
— Вот так-то, моя девочка. Не обманывай меня и себя, — говорит он на выдохе, отпуская меня, но не переставая гладить по спине, шее, лицу.
Меня тянет к нему как магнитом, между нами взрываются искры, в голове гул крови и сердце готово вырваться из груди.
— Демид, не надо, — шепчу бессознательно, а он снова утягивает меня куда-то, не давая опомниться.
У меня две альтернативы: вернуться в зал и выдержать пристальное внимание к моей персоне, общаться с неприятными людьми или же поехать с Демидом. Мы оба прекрасно знаем, чего он хочет. Чего мы оба хотим.
Но куда он повезет меня?
— Ты слишком много думаешь, — замечает мои мысленные муки муж и снова обнимает, покоряя своим напором и жаром.
— Я вижу, что ты хочешь быть моей. Зачем борешься со мной и с собой?
Его слова остужают мою затуманенную голову, как ушат ледяной воды.
— Зачем, Демид? Зачем? — отталкиваю его руки, высвобождаясь и отходя на безопасное расстояние. — Где ты спал с ней? На нашей постели? Привел ее в наш дом? Вы делали это в то время, пока Соня играла в соседней комнате? А может, ты всегда засматривался на Лору? Слишком быстро ты прыгнул к ней в постель после нашего развода!
— Ты сама слышишь себя?! Эля! Прекрати! — Демид оказывается рядом и хватает меня за предплечья, подтягивая к себе.
Его глаза бешено бегают по моему лицу. — Твоя ревность тебя ослепила. Я сказал и повторю еще раз: мне было плохо, она оказалась рядом и заботилась о Соне! У нас ничего не было! Я не мог переступить через себя и быть с кем-то кроме тебя! Даже когда злился и считал тебя изменницей. Ты должна поверить мне!
— Точно так же, как ты поверил мне, Демид?
Он шумно втягивает в себя воздух и начинает ходить туда-сюда, ероша волосы.
Вижу, что он в ярости, и это меня пугает, заставляет отступить в сторону, держась за стенку. От переживаний у меня перед глазами замелькали круги.
Праздник для меня испорчен, Громов в бешенстве, я готова снова разрыдаться. Но мама обидится, и свекор тоже, если мы сейчас уедем.
Но как мне выдержать присутствие Лоры? Я физически не могу видеть женщину, которая встала между мной и мужем. Один ее вид причиняет боль.