Глава 21
Артов
Стою с телефоном в руках, прокручивая каждое слово, сказанное сейчас Алисой: полный бред, разметавшийся хаосом в мыслях.
Это не просто женская истерика – она рыдала взахлёб, разговаривая со мной, еле сдерживая эмоции. Алисе на самом деле больно – всё правда, она не играет. То, что она увидела, выбило почву у неё из-под ног, не могла сдерживаться, обвиняя меня во всех смертных грехах.
В памяти всплывают обрывки фраз, сказанных Алисой: Никольская, новоселье у брата, фото…
Какое фото? Мы не фотографировались, даже никто не предлагал, хотя, я в курсе маниакальной зависимости Евангелины выкладывать в интернете каждый свой шаг.
Я не любитель соцсетей, считаю, что это бесполезная трата времени и бессмысленное занятие. Но Алиска тоже иногда просматривает то, что происходит у других, смотрит новости и последние анонсы.
Но вряд ли Алиса следила бы за жизнью Евы – ей неинтересно, она не из этой истории. Значит, кто-то из девочек. Надя, Вика? А может, и та, и другая. Никольская права – половина компании отслеживает её в соцсетях ещё со времён, когда мы были вместе.
Набираю номер Алисы снова и снова, без остановки – телефон выключен. Не будет разговаривать, не желает слушать: то, что она увидела, не может быть исправлено лишь словами, недостаточно моих оправданий.
Знать бы, что она увидела. Что заставило Алису наговорить такое количество глупостей? И узнать я могу только у одного человека. Предполагаю, этот самый человек принимал непосредственное участие в инсценировке воссоединения с Никольской.
Влетаю в ресторан, где за длинным столом восседает множество приглашённых на день рождения отца.
– Надо срочно поговорить, – останавливаюсь около девушки Павла.
– Ой, мы танцевать идём, – машет руками захмелевшая Полина, – давай позже.
– Сейчас, я сказал. – Мой рычащий бас разлетается по залу, заставляя дёрнуться девушку и половину присутствующих на празднике. Гости перестают есть, замирая над тарелками.
– Маркуша, что случилось? – Ко мне подскакивает мама, безошибочно определяя по зловещему рыку, что старший сын в бешенстве.
– Потом, мам, – отмахиваюсь, даже не поворачиваясь в её сторону."
"Всё потом. Сейчас главное понять, что увидела Алиса, и смогу ли я реабилитироваться перед любимой женщиной.
– Марк, я не понимаю… – мямлит Полина, сжимаясь в комок.
– Сейчас поймёшь! – хватаю девушку за запястье, рывком поднимая со стула.
Подталкиваю к выходу, в маленький зал, где тихо и можно поговорить.
