Ты моя помощница, которая, кстати, терпит меня, такого чудовищного, невероятно долго! – Он улыбается, заправляя выбившуюся из причёски прядь мне за ушко. – Я всё понимаю. Слишком рано, – запнулся, – для всего. Потерпи час, потом сразу уедем. Поверь, тебя даже не заметят, звезда вечера – Полина.
– Хорошо, – соглашаюсь, нервно сглатывая. – Если только час…
– Не бойся, никто тебя не съест. Мама будет даже рада… – Марк замолкает, искоса посматривая на меня.
Чему рада, стесняюсь спросить? Она меня даже не видела никогда.
Да и я её тоже. Она, предполагаю, даже не знает, кто я и как меня зовут.
Ничего, посижу тихонечко, исключительно как незначительный элемент интерьера в большом доме родителей Марка. Меня даже никто не заметит. Я по факту никто – просто секретарша старшего босса, человек не их круга, да и высота полёта у меня совсем не та. Полина, например, по всем критериям идеальная пара для Павла, не то, что я."
"Через десять минут мы уже на пороге дома родителей Марка. Очень волнуюсь, словно на месте Полины сейчас я и именно мне предстоит знакомство с мамой и папой, будто меня сегодня принимают в семью за большим столом.
Марк крепко сжимает мою ладонь, успокаивая, придавая уверенности, показывая, что он рядом, поддержит, никуда не исчезнет, не оставит одну. Дверь открывается.
Нас встречает женщина лет шестидесяти: высокая, стройная, тёмные волосы и потрясающего цвета глаза – теперь понятно, от кого Марк получил своё гипнотический взгляд.
– Маркуша! – Женщина крепко обнимает Марка.
– Молодец, что приехал.
Маркуша… Так же его назвала и Никольская, но из уст матери Артова это уменьшительно-ласкательное звучит мягко, нежно, по-матерински заботливо. Даже эмоции другие, будто прямо сейчас она своим голосом окутывает в уютный кокон, ограждая от всего плохого.
– Привет, мам. Паша уже здесь?
– Да, приехал точно в шесть, как договаривались, в отличие от некоторых, – прищуривается, словно испытывая Марка на прочность. – Как ты мог забыть, ну как?
– Замотался. Ещё и переговоры не по плану, вот и вылетело из головы…
Впервые вижу, как Марк перед кем-то оправдывается, словно ребёнок, извиняющимся голосом.
Но это мама – я со своей тоже так разговариваю.
– Ой, а это Алиса, да? – Женщина протягивает ко мне руки. – Ну наконец-то я познакомлюсь с той, о которой все говорят! Вот она какая!
Медленно поворачиваю голову, встречаюсь взглядом с Марком: виноватый вид мужчины явно даёт понять, что в этом доме обо мне говорили не раз и даже не два.
